– А ты еще говоришь, что у нашего сообщества странные законы! – смеясь, заметил Стрейджен Платиму.

– Это совершенно разные вещи, милорд Стрейджен, – высокомерно проговорила Элана. – Наши странности порождены государственной политикой, а ваши – обыкновенным здравым смыслом. Разница весьма существенная.

– Я тоже так думаю.

Спархок смотрел на них, когда все это случилось, так что не было никаких сомнений – он ощутил странный холодок и уловил на краю зрения смутный промельк темноты, и то же самое произошло с остальными.

– Спархок! – испуганно вскрикнула Элана.

– Да, – отозвался он. – Я видел это.

Рука Стрейджена с кошачьей стремительной ловкостью скользнула к эфесу, наполовину выдернув из ножен шпагу.

– Что это? – спросил он, озираясь.

– Невероятность, – ответила Элана ровным голосом, но взгляд, который она бросила на своего мужа, был куда менее уверенным. – Ведь так, Спархок? – Голос ее едва заметно дрогнул.

– Я тоже так полагал, – ответил он.

– Не время говорить загадками, – заметил Стрейджен.

Тут холодок и тень исчезли, и все вздохнули с облегчением.

Улаф испытующе поглядел на Спархока.

– Это было именно то, о чем я подумал? – осведомился он.

– Кажется, да.

– Не будет ли кто-нибудь так любезен объяснить мне, что происходит? – потребовал Стрейджен.

– Помнишь то облако, которое преследовало нас в Пелосии? – спросил Улаф.

– Само собой. Но ведь то был Азеш?

– Нет. Мы тоже так думали, но Афраэль сказала, что мы ошибаемся. Это случилось уже после того, как ты отправился в Симмур, так что ты мог и не слышать об этом. Облако, которое мы видели тогда, – Тролли-Боги. Они внутри Беллиома.

– Внутри?

– Им понадобилось укрытие после того, как они проиграли несколько споров с младшими богами Стирикума.

Стрейджен поглядел на Спархока.

– Ты вроде бы говорил мне, что бросил Беллиом в море.

– Так оно и есть.

– И Тролли-Боги не могут оттуда выбраться?

– Именно так мы и полагали.

– Тебе нужно было подыскать море поглубже.

– Глубже того моря и не бывает.

– Худо дело. Похоже, кому-то удалось выловить Беллиом.

– Это логично, Спархок, – заметил Улаф. – Шкатулка была выложена изнутри золотом, а Афраэль говорила, что золото помешает Беллиому выбраться оттуда собственными силами. Поскольку Тролли-Боги заперты в Беллиоме, они тоже бессильны. Значит, кто-то нашел шкатулку.

– Я слыхал, что ловцы жемчуга могут нырять довольно глубоко, – заметил Стрейджен.

– Не настолько глубоко, – возразил Спархок. – Кроме того, что-то здесь не так.

– И ты только сейчас это понял? – осведомился Стрейджен.

– Я не это имел в виду. Когда мы были в Пелосии, это облако видели все, верно?

– О да! – горячо согласился Улаф.

– Но прежде – когда это была всего лишь тень – ее видели только я и Элана, потому что у нас были кольца. Сейчас тут была тень – именно тень, а не облако, так?

– Ну да, – кивнул Стрейджен.

– Тогда почему же ее увидели и вы с Улафом? Стрейджен беспомощно развел руками.

– И это еще не все, – прибавил Спархок. – Той ночью, когда я вернулся из Ламорканда, я ощутил на улице, что кто-то – и, быть может, не один – следит за мной. Это были не эленийцы, не стирики и, думается мне, вообще не люди. Тень, что промелькнула сейчас, оставила у меня точно такое же ощущение.

– Если б только мы могли поговорить с Сефренией! – пробормотал Улаф.

Спархок был уверен, что такое возможно, но не мог открыть этого остальным.

– Расскажем другим об этом происшествии? – спросил Стрейджен.

– Не стоит поднимать панику, пока мы не выясним что-нибудь еще, – решил Спархок.

– Верно, – согласился Стрейджен. – У нас еще будет время вдоволь попаниковать – и поразмыслить тоже.

В следующие дни погода прояснилась, и одно это обстоятельство подняло настроение во дворце. Спархок подолгу запирался втроем с Платимом и Стрейдженом, а затем оба вора послали своих людей в Ламорканд, чтобы разузнать тамошнюю обстановку.

– Именно это мне и следовало сделать в первую очередь, – сказал Спархок, – но Сарати не дал мне такой возможности. У нашего почтенного архипрелата есть свои недостатки. Он никак не может взять в толк, что официальный посланец никогда не сможет добраться до самой сути происходящего.

– Типично аристократическая ограниченность, – промурлыкал Стрейджен. – Именно подобные мелочи облегчают жизнь таким, как я и Платим.

Спархок предпочел не спорить с ним на эту тему.

– Скажите своим людям, чтобы были осторожны, – предостерег он воров. – У ламорков в обычае решать все проблемы ударом кинжала, а мертвый шпион вряд ли доставит нам полезные сведения.

– Поразительная проницательность, старина, – протянул Стрейджен. – Просто удивительно, как это нам с Платимом никогда не приходило в голову что-то подобное.

– Ладно, – признал Спархок, – пожалуй, я и впрямь говорю банальности.

– Мы это тоже заметили, верно, Платим?

– Спархок, – проворчал Платим, – скажи Элане, что меня несколько дней не будет во дворце.

– Куда ты собрался?

– Это не твое дело. Мне нужно кое о чем позаботиться.

– Ладно, только не теряй с нами связи.

– Опять ты говоришь банальности, Спархок. – Толстяк почесал брюхо. – Я потолкую с Телэном. Он будет знать, как меня найти, если я позарез понадоблюсь королеве. – Он закряхтел, с усилием выбираясь из кресла. – Пора бы мне немного похудеть, – проворчал он себе под нос и направился к двери свойственной всем тучным людям косолапой и переваливающейся походкой.

– Он сегодня в чудесном настроении, – заметил Спархок.

– На него свалилось слишком много дел, – пожал плечами Стрейджен.

– У тебя есть надежные связи в королевском дворце в Эмсате?

– Есть кой-какие людишки. Что тебе нужно?

– Хочу подбросить несколько камешков на гладкий путь согласия между Авином и графом Геррихом. Геррих обретает чересчур большое влияние в северной Эозии. Может быть, тебе еще стоит обратиться к Меланду в Эйси. Геррих уже заключает союзы в Пелосии и Талесии. Я бы сильно удивился, если бы он пропустил Дэйру, а в Дэйре и так неспокойно. Скажи Меланду, чтобы держал ушки на макушке.

– Кажется, этот Геррих серьезно тебя беспокоит?

– В Ламорканде, Стрейджен, происходит нечто для меня непонятное, и я не хочу, чтобы Геррих сильно опередил меня, пока я буду выяснять, в чем дело.

– Да, это разумно.

Халэд, ошалело моргая, кое-как поднялся на ноги. Из носа у него текла тонкая струйка крови.

– Вот видишь, – сказала Миртаи. – Ты опять слишком далеко вытянул руку.

– Как это у тебя получается? – пробормотал оруженосец Спархока.

– Сейчас покажу. Келтэн, поди сюда.

– Только не я, – светловолосый пандионец попятился.

– Не будь глупцом. Я не причиню тебе вреда.

– А разве не то же самое ты сказала Халэду перед тем, как сбить его с ног?

– Лучше делай то, что я говорю, Келтэн, – сказала она. – Все равно ты от этого не отвертишься, а если будешь препираться, получится куда больнее. Вынимай меч и ткни им мне в сердце.

– Я не хочу поранить тебя, Миртаи.

– Ты? Меня? – она сардонически рассмеялась.

– И вовсе незачем меня оскорблять, – обиженно пробормотал Келтэн, обнажая меч. Все началось с того, что Миртаи проходила по внутреннему двору, когда Келтэн давал Халэду уроки фехтования. Она отпустила пару в высшей степени нелестных замечаний, слово за слово – и так началась эта импровизированная тренировка, где Халэд и Келтэн упражнялись в основном в унижении.

– Ткни мечом мне в сердце, Келтэн, – повторила Миртаи.

В защиту Келтэна следовало заметить, что он старался, как мог. И с большим шумом ударился спиной о плиты двора.

– Он сделал ту же ошибку, что и ты, – сообщила Миртаи Халэду. – Слишком далеко вытянул руку. Вытянутую руку легко захватить. Всегда держи локоть чуть согнутым.

– Нас учат наносить удар от плеча, Миртаи, – пояснил Халэд.

×
×