152  

К этому времени глаза у Сери приняли совершенно круглую форму, разливаясь блестящим золотом. Но даже сквозь эту абсолютную гладь, просматривался такой ужас, что мне стало страшно за его психическое здоровье. Он смотрел на меня, едва сдерживаясь, чтобы ни закричать.

Мой бедный. Любимый.

Я проводила взглядом высокую драконицу, от которой ощутимо веяло холодом. Дверь закрылась, а я медленно перевела взгляд на толпу магов, собравшихся у одной из стен. Оптимизма они не внушали, ой, как не внушали! Особенно когда эта поганка бледная мне подмигнул. Мерзко так ухмыляясь. Я даже в стенку вжалась.

«Андин!»

Подняв голову, заглянула в желтые глазищи, расчерченные узким зрачком.

«Что бы ни случилось, Каянэт не должна знать ничего о Терей» итт Ан. Иначе она погубит весь клан. Ты поняла меня?»

Я чуть заметно опустила ресницы. Не дура уж. Диар достаточно вбила в мою дурную голову.

Хотя… откуда он-то знает о Терей» итт Ан?

Заметив недоумение на моем лице, Сери криво улыбнулся.

«Неужели ты думаешь, я такой дурак и не пойму. Диар заставила нас создать подобие себя, в то время как я хотел всего лишь женщину, способную выносить моего ребенка. Не смотри на меня так осуждающе. Идеальных экспериментов не бывает. Вот и у меня кроме прочего есть один существенный недостаток — полная несовместимость с другими расами». — Он опустил голову. — «Прости, любимая».

— Э, нет, — протянул тот бледный колдун. — Подними голову. Ты будешь все видеть.

Ухватив Сери за волосы, он задрал тому подбородок и поставил его на вилку, которая одной острой частью упиралась в челюсть, а другой в яремную впадинку так, что любое движение дракона вызывало мгновенную боль.

А я, если честно, не могла понять — почему оба дракона так бессильны. Ну ладно я, мне на штопку дыр в ауре и магических связях надо не менее недели. А то я себя чувствую как запутанный и растрепанный комок шерсти, грязный, потасканный. Хотя, судя по всему, драконам тоже не легко пришлось. Как я не старалась, но проклятье крови ударило по всем драконам, в особенности по моим кровникам.

Хотя теперь понятно, откуда взялось заклинание, скрутившее меня. Как же это эльфы не уследили и позволили этому «луноликому» уйти с моей кровью. Но тут уж я сама виновата — надо убирать свои следы. Ведь магия крови хоть и запрещена, но как я не раз убеждалась, очень живо используется в определенных кругах.

Пока я тут раздумывала как бы узнать на будущее способ сдерживания непутевых братьев Ту, ко мне двинулся бледнолицый, …одним своим видом заставляя задуматься — а оно вообще у нас есть, это будущее?

— Скованное совершенство! — Он дотронулся до моей щеки своими холодными пальцами, и меня едва не вывернуло от омерзения. — Такая мощь в крови одной женщины.

Я не удержалась и поморщилась.

— Ну что же ты такая неразговорчивая, Змейка? Неужели Каянэт так тебя запугала? — сладким, издевательским тоном спросил он. — Прости ее. Она всего лишь женщина, пусть и дракон. А вы такие чувствительные.

— Если она — чувствительная, то я… человек, — нашлось точное определение. — В теории возможно так и было. Но вот сомнения по этому поводу огромные.

— Да, видно Диар твой язык так и не укоротила. Хотя надо было.

— Вам тоже много чего не надо было. Не боитесь, что клан вам подобного не простит?

— Они вас уже не найдут, пташки.

На лице «луноликого» было столько гордости за совершенное, что мне так и хотелось ему врезать.

Хотя надо признать — им есть чем гордиться. Поймать двух драконов и молодую Хранительницу — это надо постараться.



Как оказалась эта Каянэт запретила меня пока трогать, оставив наблюдать за тем как… эти существа, которых я не отважусь назвать людьми, терзают моих братьев. И дело даже не в наших привычных растерзанных связях, которые отдавались болью, как бы близнецы не пробовали закрываться от меня. Будь моя воля — я бы забрала эту боль совсем, переведя ее на себя. И даже тогда мне было бы легче, чем наблюдать за медленной агонией.

Все это время я беззвучно плакала, не в силах хоть что-то сделать. Крупные капли скатывались по лицу, но я почти не чувствовала этого.

Как меня вернули в холодную камеру, не помню. Наверное, собственный организм пожалел меня, подарив беспамятство. Так что когда очнулась на холодном каменном полу, еще долго лежала, не понимая, где я. Кешка лизнул меня в щеку, приводя в себя окончательно. Я перебралась на деревянную полку и, сжавшись в комок, попыталась хоть немного согреться и собраться с мыслями.

  152  
×
×