147  

— Потому что ты никогда бы не допустил такого. Ты не палач. Именно это делает тебя таким поразительным…

Он остановился и повернулся так резко, что Сэм не успела ни остановиться, ни удержать руку от столкновения с его рукой. Сердце оглушительно заколотилось, когда их лица оказались совсем близко, а пальцы словно срослись вместе. Судорожно сглотнув, она стряхнула с себя гипнотическое оцепенение и отступила вверх. Маккорд мигом оказался на той ступеньке, которую Сэм только что освободила, и перед ее глазами снова очутились загорелая колонна его шеи и треугольник кожи в распахнутом вороте сорочки. Страх, что сейчас их застанут в такой позе, заставил ее грудь неровно вздыматься, и его взгляд уперся в трепещущие холмики. Но то, что он сказал, абсолютно противоречило всем ожиданиям Сэм.

— Нет! — выпалил он с хриплым смехом, словно не мог поверить в то, что поднялся на ступеньку вверх. — Нет…

Повернувшись, он сбежал вниз. Сэм, униженная до слез и честно старавшаяся не показать этого, последовала за ним. Дверь с лестницы открывалась на крохотную, плохо освещенную стоянку за зданием.

— Прекрасная ночь, — жизнерадостно солгала она, ежась от ледяного ветра. — Пожалуй, мне стоит поехать на метро и по пути… кое-что купить.

Изобразив сияющую улыбку, она повернулась, и ее локоть тут же оказался в тисках его пальцев.

— Садись в мою машину, — приказал он.

Сэм освободилась поспешно, но не грубо, чтобы не показать, как расстроена. Не стоит никогда выказывать мужчине свои чувства, иначе он сделает кучу выводов, ни один из которых не придется вам по вкусу. А вот смех в таких случаях — лучший способ застать его врасплох.

Сэм добродушно рассмеялась:

— Спасибо за предложение, но мне действительно лучше спуститься в метро, а потом зайти в магазин.

— Садись в машину, — скомандовал он, подталкивая ее в спину.

Следующей вашей огромной ошибкой будет попытка наделать много шума из ничего, если мужчина отдает не допускающие возражений приказы, иначе он посчитает, будто «ничего» значит для вас очень многое.

Поэтому Сэм молча забралась в машину, после чего Мак-корд захлопнул и запер дверцу.

Сэм едва не разразилась смехом.

— Мы оба вооружены, если помнишь, — заметила она, когда он уселся за руль.

— Один из нас вооружен лучше другого, — буркнул он. Сэм вопросительно уставилась на него:

— Который именно?

Мак медленно повернулся, положил руку на спинку ее сиденья, и Сэм на секунду показалось, что он сейчас обхватит ее плечи и притянет к себе. Но Маккорд убрал руку и включил зажигание.

— Ты, — ответил он не сразу.

После того как Сэм рассказала, что именно узнала у Валенте, остаток пути они ехали в полном молчании, молчании, которого раньше никогда не бывало, потому что у них всегда находились темы для разговора. Сэм все больше становилось не по себе. Он ведет себя совершенно непредсказуемым образом. Впрочем, он и на лестнице вел себя так же. Ей не стоило говорить то, что она сказала. Не стоило расслабляться. Не стоило оставаться на этой ступеньке слишком долго. И следовало сразу же отдернуть руку.

— Спасибо, что подвез, — пробормотала она наконец, когда они подкатили к ее дому, почти ожидая, что он отметит тот факт, что для простого детектива она живет в чересчур роскошном доме.

Но он промолчал. Сэм потянулась к ручке, и Мак, к ее удивлению, выключил двигатель.

— Тебе не обязательно выходить, — отмахнулась она, выходя.

Мак все-таки последовал за ней.

Обычный спокойный рационализм в присутствии мужского пола сменился нервозностью.

— Что ты делаешь? — спросила она, когда он повел ее к дому.

— Провожаю тебя до двери.

— Шутишь? — выдохнула она смеясь.

— Ничуть, — коротко бросил он, проходя мимо швейцара.

Сэм вызвала лифт и решила, что лучший способ решить проблему — ринуться в атаку очертя голову.

— Надеюсь, ты не рассердился за тот дурацкий случай на лестнице?

Он ответил таким уничтожающим взглядом, что сердце Сэм упало.

— Это мы обсудим наверху.

Сэм ответила мимолетной веселой улыбкой, из тех, которые страшно бесили братьев и неизменно приводили в замешательство самых самоуверенных особ мужского пола.

— Никак, воображаешь, что я собираюсь пригласить тебя в гости?

— Не просто воображаю, я в этом уверен.

Судя по тону и манере себя вести, Сэм сделала единственно верный, по ее мнению, вывод: очевидно, он собирается сделать ей выговор за непристойное поведение. Заявить коллеге, мало того, мужчине, мало того, непосредственному начальнику, что он «невероятен»и при этом коснуться его руки — полное пренебрежение уставом, граничащее с действительно неприличным поведением, но… но честно говоря, это слишком далеко заходит!

  147  
×
×