74  

Она была разочарована тем, что не увидит королеву. Неудивительно, что эта красавица с темно-карими глазами и кожей цвета слоновой кости была женой двух королей. Ее брак с королем Франции Людовиком был расторгнут по той причине, что они находились в родственных отношениях. Однако это родство было весьма отдаленным (их бабушка и дед приходились друг другу двоюродными братом и сестрой), их брак аннулировали для того, чтобы она могла выйти замуж за Генриха.

Через два года после женитьбы на Элеоноре Генрих сменил Стефана на английском троне. Он уже был герцогом Нормандским и графом Анжуйским, и после их свадьбы к его владениям добавилась Аквитания, вследствие чего он стал править всей западной Францией. Генрих был самым могущественным человеком в Европе.

Леони помнила Элеонору веселой и легкомысленной, несколько вспыльчивой и поистине тщеславной. Однако мать Леони уверяла, что Элеонора со времен молодости подобрела. Королева была на двенадцать лет старше Генриха; возможно, именно поэтому он удалил ее ради более молодой женщины.

Элис, дочь короля Людовика, была ровесницей Леони. Она была обручена с сыном Генриха Ричардом, но это не остановило Генриха: четыре года назад, отправив королеву в изгнание, он сделал Элис своей любовницей, чего даже не пытался скрывать.

Удивление вызывало то, что Элис не отличалась красотой, даже была не очень привлекательной. Ее фрейлины быстро заметили, что Генриху доставлял удовольствие ее ум. Леони по секрету сообщили, как сильно Генрих восхищался изяществом походки и умением Элис танцевать. Похоже, эти красивые дамы искали оправдание, почему король выбрал не их, однако единственная причина заключалась в том, что Генрих, несомненно, любил Элис, как и она любила его.

Может быть, Леони и почувствовала бы расположение к Элис, если бы не считала такой же, как ее собственная соперница, а Генриха — неверным мужем. Глядя на Элис, она видела Амелию. Поэтому она была не в самом лучшем расположении духа, когда пришел Рольф, чтобы сопроводить ее на аудиенцию к королю.

За те шесть лет, что Леони не видела Генриха, он мало изменился. Он все так же внушал страх. Равным образом он по-прежнему не заботился о собственной одежде. Очевидно, у него не было времени на портных, потому что его дорогое облачение плохо сидело на нем.

— Я оказал вашему мужу дурную услугу, сказав ему, что вы непривлекательное дитя. Я даже пытался отговорить его от брака с вами. Теперь вижу, что, если бы мне это удалось, я ни за что не заслужил бы прощения.

Таковы были первые слова Генриха, когда он вместе с Леони отошел в сторону, оставив Рольфа на месте. На Леони они не произвели впечатления.

— Ваше величество, если это похвала, то я благодарю вас, — сухо ответила она. Его серые глаза потеплели.

— Дорогая, вы питаете ко мне неприязнь, или же вы действительно настолько лишены гибкости, как об этом рассказывал Рольф?

Леони издала безмолвный стон. Перед ней стоял король, и она не посмела бы оскорбить его.

— Мне неизвестно, что он рассказывал вам, — ответила она, принужденно улыбаясь.

— О, много всего, много, хотя, думаю, он преувеличивал. Не может быть, чтобы вы пытались убить его в ночь после свадьбы.

Леони побледнела. В разговорах с ней Рольф ни разу не вспоминал то происшествие и все же смог рассказать о нем Генриху!

— Это… это был несчастный случай, ваше величество, по причине моего волнения и испуга.

— Я так и думал. — Генрих чарующе улыбнулся. — И сомневаюсь, что вы действительно так не удовлетворены браком, который я вам устроил, как это представляется вашему мужу. Сначала вы, может быть, и возражали, но, увидев его, испытали облегчение; разве не так? — Он не стал дожидаться ответа. — Скажите, леди Леони, Рольф приносит вам радость?

— Если вам так угодно думать, ваше величество.

— Это не ответ.

— Тогда я отвечу «нет».

— Вот что, послушайте-ка… Душа Леони ушла в пятки.

— Ваше величество, вы не хотите, чтобы я вам лгала. Вы задали вопрос, и я ответила. Генрих начал посмеиваться.

— Именно так.

Леони забыла о его раздражительности. Ей нужно было следить за выражением его лица, а не опускать глаза. К счастью, кажется, она успокоила его.

— Моя дорогая, это весьма занимательно, — задумчиво продолжал Генрих. — Дамы считают вашего мужа чрезвычайно привлекательным.

— Так оно и есть, — согласилась Леони.

— Он нравится вам?

— Ваше величество, я не сказала, что не нравится. Генрих нахмурился.

  74  
×
×