41  

— Хорошая мысль, — одобрил Бэнкс.

— Судя по твоей расслабленной позе, ты рассчитываешь, что это сделаю я?

— Если тебя не затруднит. Слушай, меня тошнит от этого мерзкого швепса. По-моему, мы сейчас не при исполнении, работаем в свободное время, и, если леди Жервез пожелает к этому придраться, бог ей в помощь. Я возьму пинту. А ты?

Энни улыбнулась:

— Слова настоящего бунтаря. Я тоже. А пока ты будешь ходить за выпивкой… — Она достала мобильный и помахала им в воздухе.

Бэнксу пришлось подождать, пока обслужат группу из шести туристов, которые никак не могли решить, что они хотят выпить. Когда он вернулся к столику с двумя пенящимися кружками «Блэк шип», Энни уже закончила разговор.

— Ну, хозяин магазина уж точно этого не писал, — сообщила она. — Порядочно рассердился от одной мысли о том, что кто-то может нацарапать на книге что-нибудь, кроме цены, даже на чистых страницах сзади. Это святотатство, так он сказал. Книгу эту он, кстати, помнит. Она поступила накануне того дня, когда Ник Барбер ее купил, а купил он ее в прошлую среду. Хозяин всегда их тщательно проверяет. На заднем форзаце перед продажей ничего не было написано.

— Любопытно, — сказал Бэнкс. — В самом деле, очень любопытно. Придется подождать, что из этого сможет извлечь наш юный Гэвин, а?

13 сентября 1969 года, суббота

Ивонна сидела на втором этаже автобуса, ехала в центр города, грызла ногти и размышляла, как ей быть. Какой-то умник фломастером сделал из надписи «Не плевать» надпись «Не блевать». Ивонна закурила и стала обдумывать свою дилемму. Если она права, тогда, возможно, дело серьезное.

Это случилось накануне вечером, когда отец, как обычно, поздно вернулся с работы. Он вынимал что-то из портфеля, и на пол упала фотография. Отец фотку быстренько поднял и наверняка решил, что Ивонна ее не увидела. Но она увидела. Это было фото мертвой девушки, той, которую зарезали в воскресенье на Бримлейском фестивале, и потрясенная Ивонна поняла, что она эту девушку узнала. Линда.

Они были едва знакомы — встречались всего один раз и толком не разговаривали. Но местное хипповское сообщество довольно тесное, и если зависаешь в правильных местах, то рано или поздно пересечешься со всеми, кто в системе: видишься с ними в «Роще», в «Адельфи», в «Башне» или в каком-нибудь из студенческих пабов на Вудхаус-лейн, в Гайд-парке или в Хэдингли. Да и подальше, в «Фармерс армс», где однажды в воскресенье вечером играли блюзовые группы — «Савой Браун», «Чикен Шек» и прочие, а также «Фри» и «Джетро Талл». И потом, можно не сомневаться, что наши пойдут на любое преступление, лишь бы попасть на концерт в Бримли, где играют такие знаменитости! Так что на первый взгляд казалось, что Линда оказалась там вовсе не случайно. Штука в том, что на таких сборищах как-то не ждешь, что тебя убьют, там же все должно быть миролюбиво: собрание племен, праздник всеобщего единства.

Автобус загромыхал по Тонг-роуд, мимо «Лирика», зазывавшего посмотреть две комедии Джеральда Томаса по цене одной: прошлогоднюю «Забавную историю на перевале Хайбер» и «Забавную историю в походе». Вот бредятина, подумала Ивонна. День был серенький, слабый дождь постукивал в стекла. Ряды замызганных террас, тесно прилегающих друг к другу, спускались с холма к Холл-лейн: сплошные потемневшие крыши из шифера да грязный красный кирпич. На перекрестке, где улица пересекалась с Веллингтон-роуд, за «Короной», у муниципальных домов, в автобус забрались двое парней и уселись на второе переднее сиденье.

Несколько лет назад здесь снимали одну из сцен «Билли-лжеца», вспомнила Ивонна; тогда это была помойка, состоящая из разрушенных домов, но с тех пор тут построили одноэтажные многоквартирные дома. Ивонне было тогда лет восемь, и отец водил ее посмотреть на съемки. В конце концов ее даже сняли в одной из массовых сцен, она махала флажком, а Том Кортни [12] прорывался вперед на своем танке, но, когда потом Ивонна посмотрела фильм, она не смогла себя отыскать.

Парни закурили, не сводя с нее глаз и отпуская наглые фразочки. Ивонна их игнорировала.

С Линдой она познакомилась однажды вечером, во время летних каникул, в доме на Бэйсуотер-террас. У нее сложилось впечатление, что Линда приехала ненадолго. Когда-то она жила в Лидсе, но потом перебралась в Лондон. Линда была просто фантастическая, Ивонна это помнила. По-настоящему была знакома с группами, зависала с массой всяких рок-звезд в клубах и прочих заведениях. Она не была рьяной фанаткой, и она это подчеркивала: ей просто нравились музыка и ребята, которые ее играют. Ивонна вспомнила, как кто-то говорил, что один из «Мэд Хэттерс» — двоюродный брат Линды, но она не могла вспомнить, кто именно.


  41