16  

Это был старый, на редкость тщедушный таец с лицом, запачканным землей. Земля забивала и его рот, широко раскрытый в безмолвном крике. Состояние тела не позволяло определить, есть ли рана. Казалось, какой-то человек, превосходящий его силой, сунул голову старика в рыхлую землю и держал, пока тот не задохнулся.

— Ну вот, — грустно сказал Малко. — Девять шансов из десяти, что этот старик присутствовал при похищении Джима Стэнфорда. По крайней мере, теперь мы знаем, что без насилия не обошлось. Этот несчастный слишком много видел.

В глазах Тепен блестели слезы. Низким, сдавленным от волнения голосом она прошептала:

— Да... Какой ужас!

Малко спросил:

— А как получилось, что этот труп не обнаружили раньше?

Тепен покачала головой.

— Сюда никто никогда не приходит. А грифы смогли его учуять, только когда он начал разлагаться. Мы сами сколько времени ходили тут без толку.

Пусть так. Но и тайская полиция, по-видимому, не слишком утруждала себя расследованием исчезновения Джима Стэнфорда.

— Ну что, уезжаем? — спросила Тепен.

В ее голосе чувствовалось беспокойство.

— Минуточку.

Глядя на мост, Малко размышлял. Японцы построили его в месте, где река Квай была наиболее узкой и ее ширина достигала ста метров. Потом, обогнув остров, река расширялась и уже величественно несла свои воды дальше. Какая трагедия приключилась здесь несколько дней назад? Даже обнаружив здесь труп сторожа, Малко не хотел покидать кладбище. Как будто собирался найти что-то еще.

Он принялся медленно обходить аллеи, с удвоенным вниманием вглядываясь в маленькие параллелепипеды из белого камня с их надписями. Тепен молча шла следом. Время от времени Малко отодвигал ветки деревьев и смотрел на землю, не зная сам, что он ищет. Кладбище больше походило на тропический сад. Орхидеи и магнолии придавали ему праздничный вид. Полевому берегу шел крестьянин, погоняя дюжину буйволов. Солнце опускалось за холмы. Через час долина реки Квай погрузится во мрак.

— Пойдем, — сказал Малко. — Скоро стемнеет.

Они разыскали двух рыбаков, переплыли через реку и вновь уселись в машину. Небо теперь приобрело кроваво-красный оттенок.

— Какого черта вы работаете на ЦРУ? — неожиданно спросил Малко. — Это занятие не для девушек.

— Мой отец — влиятельный политик, — объяснила Тепен. — Он знал американских военных, которые нуждались в надежном человеке. А мне было интересно.

Опять за окном замелькали саванны и рисовые поля. На этот раз Тепен вела машину помедленнее, и Малко задремал. Глаза он открыл, лишь когда они подъехали к зданию БОАС. «Ераван» был напротив. Малко заметил, что Тепен была босой. Юбка снова поднялась, но она ее уже не одергивала. Ее стыдливость решительно отодвигалась на второй план.

— Выпьете вина? — предложил Малко.

— Нет, я не хочу себя компрометировать, — сказала Тепен. — Ведь здесь отель. Подумают, что я вышла из вашего номера.

Но видя, что Малко обиделся, она быстро добавила:

— Однако я надеюсь, что буду иметь удовольствие принимать вас у себя дома.

Малко вышел из «мерседеса». Силы у него сдавали. Сказывались жара и недосыпание. И еще мучило чувство полной тщетности его стараний. Он словно бился головой о стену. По-видимому, кроме них с Дэвидом Уайзом, судьбой Джима Стэнфорда никто не интересовался.

На прощанье он поцеловал Тепен руку.

— Завтра утром я хочу навестить мадам Стэнфорд. Поедете со мной?

— Конечно, я заскочу за вами в десять прямо сюда.

Бросив взгляд на отъехавшую машину, Малко вошел в холл.

Он мечтал о кровати, как собака — о кости. В холле его встретила служащая отеля в облегающем фиолетовом саронге, еще более красивая, чем та, что была утром. Если бы не таинственное исчезновение Стэнфорда, приятней Таиланда для Малко и места не было бы.

После тридцатипятиградусной жары на улице прохладный номер показался Малко раем. Вспомнив о дизентерии полковника Уайта, он решил не пить холодной воды из термоса, лег и тут же заснул. Перед сном у него мелькнула мысль о Тепен. Что скрывалось за равнодушным выражением ее гладкого лица?

Глава 4

С Сукхумвит-роуд, широкого проспекта, тянущегося в восточном направлении, «мерседес» свернул налево, на узкую дорогу; с одного краю к ней подступал болотистый канал, над которым возвышались богатые виллы, а с другого жались убогие деревянные домишки.

Внезапно «мерседес» как бы очутился посреди поля, если не считать огромного депо белых автобусов, разъезжавших по Бангкоку, которое выглядело неуместно между двумя тщательно ухоженными парками. Дорога была грунтовой, и машина подняла облако пыли.

  16  
×
×