8  

– Через неделю улетаем в Тунис. Как раз к вылету будет готов твой новый заграничный паспорт. По паспорту тебя по-прежнему зовут Наташей, только у тебя другая фамилия и отчество. У нас ровно неделя для того, чтобы ты смогла привести себя в порядок. Целый день будем проводить в SPA-центре. Мне тоже не мешает привести в порядок здоровье, а тебе – твой внешний вид. Какая-то ты вся бледная, губы синие, под глазами черные круги. Ни один мужик на тебя не клюнет. Хватит страдать. У тебя началась новая жизнь и больше нет никаких поводов для страданий. Ты слышишь меня?

В первый раз с того самого момента, как начался этот кошмар, я улыбнулась. Мои страхи, что из меня сделают сексуальную рабыню и будут держать в комнате с решеткой всю жизнь, остались позади. Если я смогу уехать в другую страну и находиться среди людей, значит, найду момент и убегу. И пусть у меня не будет ни денег, ни паспорта, я всегда смогу найти наше посольство и рассказать о своей беде. Правда, мне не давала покоя мысль, что в руках Егора видеозапись, на которой я признаюсь в убийстве. Как же тяжело теперь будет доказать, что я не имею к этому убийству никакого отношения и что меня вынудили это сделать.

– Что ты улыбаешься? – нахмурил брови Егор. – Я сказал что-то смешное?

– Я никогда не была за границей.

– Что, совсем никогда?

– Но я очень об этом мечтала. Именно поэтому я и учу языки.

– Считай, что твоя мечта сбылась, а я волшебник, который появился в твоей жизни и все изменил. Только не думай, что я добрый волшебник. Совсем нет. Я очень злой, и любое мое волшебство тебе придется отрабатывать. Кстати, тебе кто-нибудь говорил, что ты хреново готовишь?

– Да я никогда толком и не готовила.

– Я в ресторанах привык есть, а ты готовишь отвратительно. По-студенчески.

– Мы с подругой привыкли готовить из минимума продуктов.

– А зачем готовить из минимума, если в холодильнике максимум? Ты что, сэкономить решила? Мне твоя экономия не нужна. Для меня важно, чтобы было вкусно и еда не была поросячьей. А ты приготовила настоящую поросячью еду. Если в следующий раз состряпаешь подобное, я надену тебе кастрюлю на голову. Тебе пока здесь заниматься нечем, поэтому учись готовить. Оттачивай свое мастерство.

Всю следующую неделю я чувствовала себя пленницей, которую из комнаты выпускали лишь для того, чтобы она что-то приготовила и поела сама. Иногда со мной был Егор, а иногда – кто-то из его сообщников. Один раз, когда я на кухне чистила картошку, я увидела того, кто стрелял в Игоря, и мне показалось, будто мое сердце вот-вот выскочит из груди.

– Привет, – бросил он мне и снял крышку с кастрюли. – Есть что пожрать?

– Нет еще. Я готовлю.

В этот момент из моих рук выскочил нож, и я поспешила его поднять. Подняв нож, я положила картофелину на доску и хотела ее порезать, но вместо этого попала по пальцу и взвыла от боли. Убийца Игоря достал носовой платок и протянул его мне.

– Послушай, у тебя откуда руки растут? Из жопы? Мало того, что долго жрать готовишь, так еще пальцы себе режешь.

– Извини.

– Да ладно передо мной извиняться. Ты лучше пожрать побыстрее приготовь и голодом не мори.

Только после того, как грубиян скрылся за дверью, я смогла спокойно приготовить наваристый борщ, часто поглядывая в окно. Из него открывался вид на глухой двухметровый забор и пустой двор.

За день до отлета Егор показал мне новенький заграничный паспорт.

– Ну как? Завтра летим.

– А почему ты не захотел сделать паспорт на мою настоящую фамилию? – к концу недели я стала обращаться к Егору на «ты».

– Зачем рисковать? Вдруг на тебя подадут в розыск. Как, ты говоришь, зовут твою однокурсницу, с которой ты снимаешь квартиру?

– Валя.

Егор хитро улыбнулся и, недолго думая, протянул мне свой мобильный телефон:

– А ну-ка позвони Вале.

– Зачем? – опешила я.

– Позвони, я сказал. Мой номер никогда не определяется, поэтому твоя подруга не поймет, откуда ты звонила.

– А что я должна сказать?

– Скажи, что ты встретила классного мужика, влюбилась и уезжаешь с ним в Сочи, что у него там огромный дом с бассейном и что пока тебе не хочется возвращаться обратно. Ты должна быть достаточно убедительной и твоя подружка обязана поверить, что ты потеряла голову от любви, наплевала на сессию и пустилась во все тяжкие. Мне нужно, чтобы тебя не искали.

– Валя слишком хорошо меня знает, чтобы поверить в подобную чушь. Она знает, насколько для меня важна учеба и как я к ней отношусь.

  8  
×
×