53  

Он вынул из кармана платок и начал тщательно утирать вспотевший лоб. Черт, а ведь у этой дуры хватит ума выбрать первое. Однако она несколько мгновений размышляла, словно прикидывая какую-то многоходовую комбинацию, а потом улыбнулась:

— Похоже, подруга, бросать неплохую работу мне сейчас не с руки.

— Фух-х-х-х! — Ормонт даже не пытался скрывать свою радость. — Я знал, что ты умная девочка. — Он спрятал платок в карман. — После выступления за тобой пришлют машину. Только имей в виду: если ты испробуешь на гениталиях Колхейна-младшего свою боевую коленку, умирать тебе придется долго и мучительно. Причем не только тебе. Попытайся не делать глупостей, если тебе дорого наше будущее.

— Я редко делаю глупости, папочка, — отозвалась Джулия, извлекая из прозрачного футляра накладные ресницы. — И то только по пятницам. А теперь выйди за дверь, я ужасно стесняюсь. Кажется, я не одета.

Осклабившись, Рэк вышел в коридор. Что ж, мало того, что пикантное дело улажено, так еще можно надеяться, что, получив щедрые подарки от молодого Колхейна, который никогда не отличался скупостью, строптивая девчонка задумается над тем, что зарабатывает несоизмеримо меньше, чем могла бы, если бы не отказывала себе в маленьких удовольствиях.

Двигаясь через переполненный зал, Ормонт, пришедший в такое умиротворенное расположение духа, в каковом не пребывал уже несколько недель, внезапно заметил за одним из столиков Глама Саггети. И едва заметно усмехнулся про себя. Сначала Инт, теперь этот… похоже, сегодня вечер богатых детишек. Глам был младшим сыном главы клана Саггети, известный своим совершенно безбашенным поведением. Каждый вечер он кочевал из кабака в кабак, при этом не делая принципиальной разницы между подозрительными портовыми забегаловками и роскошными ночными клубами. Глам сорил деньгами, вел себя шумно, покупал без разбору шлюх, щедро угощал случайных знакомых, старался все время быть в центре внимания — словом, кутил по-взрослому. Многие шептались, что основная причина его разгульного поведения заключается в том, что Саггети-старший ни в грош его не ставит и не раз говорил приближенным, что не собирается оставлять бизнес на щенка. Глам очень переживал по этому поводу и всячески старался доказать себе и окружающим, что на самом деле он вполне крут, успешен и силен. Обычная история…

Ормонт попытался проскользнуть мимо, но Саггети уже углядел его издалека и радостно замахал руками, зазывая за свой столик.

— Привет, Рэк, старая перечница! — заорал он на весь зал. — Давно не виделись!

— Добрый вечер, мистер Саггети, — холодно отозвался Ормонт. Младшенький Саггети не заслуживал такого подобострастного отношения, как Инт Колхейн, — и сам он был пустышкой, и его клан не шел ни в какое сравнение с семьей Колхейнов. Однако он был солидным клиентом, и Аллигатор Ларри уважал его отца. Приходилось соблюдать минимальную вежливость в ответ на откровенное хамство.

— Давай рассказывай, — Саггети пьяно подмигнул. — Ребята говорят, у тебя появилась новая классная стриптизерша?

Твою мать, подумал Ормонт. Вот же ублюдки. Кто этих уродов вечно за язык тянет?

— Появилась, — сухо согласился он.

— Симпатичненькая? — деловито осведомился Глам. — Ребята говорят, она с норовом. Вот бы покататься на этой необъезженной кобылке!

Сидевшие за его столом телохранители и прихлебалы с готовностью заржали.

— Сегодня она занята, — отрезал Рэк. — Мистер Колхейн собирается побеседовать с ней по поводу Мика Торпеды.

— О, — тут же сник Саггети. — Проклятье.

— Значит, проиграл пари, брат, — со смешком заявил один из его собутыльников.

— Нет, не считается! — запротестовал Глам. — Это форс-мажор!

— Пари какое было? — заплетающимся языком спросил прихлебатель. — Что ты берешься сегодня же уложить девчонку в постель. Выходит, сегодня ты ее в постель не уложишь, а по какой причине — не важно. О форс-мажорах договора не было.

— Пошел к черту! — зарычал Саггети. — Захочу и уложу! Эй, Рэк, ну-ка, пойди к ней и скажи, чтобы немедленно шла в мою машину!

— Мистер Саггети, — терпеливо проговорил Ормонт, — Джулии еще выступать целый вечер. А после выступления ее ждет для беседы мистер Колхейн. И вообще она не продает свое тело и спит только с тем, с кем сама захочет. Прошу прощения. — Он встал.

— Ни хрена себе! — поразился Глам. — Рэк, что с тобой, дружище? Одна из твоих шлюх не продается?! Да ты спятил, приятель! Назови свою цену, плачу любые деньги!

  53  
×
×