7  

И Нонна замолчала, потянувшись за сигаретами. Потом она закурила и по спальне потянулся холодноватый аромат ментола.

– Разнервничалась я что-то, – посетовала Нонна и спохватилась: – А кстати, чего это вы моим бывшим муженьком интересуетесь? Нужен он вам зачем-то?

Подруги смущенно переглянулись. Они как-то не придумали, что соврут Нонне. И теперь растерялись.

– Мы ведь можем рассчитывать на конфиденциальность? – наконец произнесла Мариша, одновременно заговорщически подмигивая Нонне. – Вы никому не скажете?

Какая бы женщина не клюнула на подобную приманку? Вот и Нонна мигом оживилась и охотно закивала в ответ.

– А что случилось-то? – на всякий случай понизив голос, спросила она.

– Мы из журнала! – сказала Мариша. – «Будни звезд». Слышали?

– Краем уха вроде бы слышала, – ответила Нонна, несказанно изумив обеих подруг, потому что это название Мариша придумала только что и исключительно для Нонны.

– Но вообще-то я ни газет, ни журналов не читаю, – порадовала подруг Нонна. – А о чем пишет ваш журнал?

– Как сейчас принято, обо всем, – пожала плечами Мариша. – Но нам редактор поручил написать статью о Никите Кураеве.

– О Никитке? – даже задохнулась от возмущения Нонна. – Статью? Чтобы весь мир о нем прочитал?

– Да, вообще-то мы надеялись, что вы как его жена сможете рассказать нам о вашем муже. Но если вам неприятно о нем говорить… То мы напишем что-нибудь безлико-хвалебное, или вы хотите, чтобы мы написали всю правду?

И Мариша многозначительно замолчала. Конечно, Нонна хотела правды! Еще как! У нее даже глаза засверкали в предвкушении того, как вся страна будет читать ее откровения о бывшем супруге.

– Давно про этого подлеца не вспоминала! – кровожадно хмыкнув, произнесла она. – Но вам, так и быть, я всю его подноготную выложу и всю его подлую натуру по полочкам разложу. Терпела, терпела, а сейчас прямо чувствую, как накипело в душе. Мне ведь не вещей жалко. Борюша – мой новый муж в десять раз дороже обстановку купил. И ремонт сделал. Просто подлость человеческая мне до сих пор покоя не дает. Ведь как же это можно? Почти двадцать лет мы с Никитой прожили, он к нам нищим студентом пришел, моя мама нас и кормила, и поила, и одна тянула, пока мы учились. И еще сестра у меня младшая есть, о ней тоже позаботиться нужно было. Отец у нас рано умер. А родители Никиты ничем нам помогать не хотели. И работать я раньше Никиты пошла. Он-то еще в ординатуре учился, а я уже работала, чтобы дома хоть какие-то денежки завелись. И потом я всегда работала. Пока Никита известность свою приобрел да деньги наконец зарабатывать начал. А ведь это только в последний год нашей жизни и случилось. И что? Считайте, что все им заработанное к этой стерве и переехало. Да еще и мои личные деньги вложены были.

– А вы ее знаете, эту мерзавку, которая у вас мужа увела? – спросила Юлька.

– Да в том-то и прикол, что это я ее к нам домой привела, – фыркнула Нонна. – Она сестра Милки. А Милка – это подружка моя школьная. Я с Милкой дружила, а Ирка все возле нас крутилась. Она нас младше на десять лет, но родители Милы, да и моя мама, младших сестер всегда нам поручали. Вот нам и приходилось всюду с Иркой в качестве пажа гулять. Встретились мы с ней совершенно случайно, разговорились. Я ее к нам на ужин и пригласила. Даже в голову не могла взять, что она на моего Никиту позарится.

– Наверное, она не на него самого позарилась, а на те деньги, которые он зарабатывал, – предположила Мариша.

– Может быть, да только мне от этого не легче было, – еще раз вздохнула Нонна и затушила сигарету в красивой пепельнице в виде розовой морской раковины.

– А как вы его выследили? – жадно спросила Мариша. – От кого узнали, куда ваш муж от вас ушел?

– Да очень просто, – пожала плечами Нонна. – Никита к тому времени уже из больницы ушел, свою клинику открыл. И то сказать, врач он от бога, этого у него не отнять. И клиентура у него к этому времени уже своя наработана была. У нас ведь в стране как, если врач хороший, так пациент за ним и сам хоть куда пойдет и друзьям и родственникам своим посоветует. Вот так и получилось, что когда Никита свою собственную клинику открыл, то его старые пациенты вместе с ним перекочевали. Опять же у Никиты в клинике порядки были строгие заведены. Персонал всегда приветливый, с улыбочками. В коридорах и палатах чисто, везде цветочки. В каждой палате и телевизор, и холодильничек, и мебель красивая. Люди же нынче избаловались. Это раньше положат тебя в отдельную палату, ты уже и рад до небес.

  7  
×
×