105  

Закончилась беседа плохо – отец выпорол Полину и приказал:

– Пойдешь в парикмахеры! Они хорошо зарабатывают, чаевые имеют. И нас стричь будешь, все экономия.

Полина была не проблемным ребенком, она исправно посещала занятия, радовала учителей и помогала матери по дому. Но в тот день в голове у девочки возник вопрос: почему она должна отказаться от своей мечты? Старшая сестра не обязана обеспечивать младших детей. Мать не работает, вечно ходит с животом, а отец служит дальнобойщиком, свои регулярные длительные отлучки объясняет просто: «Чем длиннее рейс, тем больше денег в кармане».

Вот только Поля внезапно сообразила: отцу нравится побольше времени проводить вне дома. Ну да, вздорная от усталости жена и орава галдящих спиногрызов достанут даже схимника. Значит, отцу можно жить по своему вкусу, а дочери нет?

Поля без зазрения совести открыла коробку, где мать хранила деньги на хозяйство, забрала все, вылезла в окно и села на первую электричку. Городок Новомосковск остался в прошлом, впереди ее ждали Москва и телевидение.

Наивные надежды Полины разбились в первый же день. Внутрь телецентра ее даже не впустили, жить было негде, знакомые отсутствовали, и четырнадцатилетняя девочка испугалась. Ей даже на секунду показалось, что лучше вернуться домой. Но Полина тут же затоптала пораженческую мысль. Родители теперь увидят дочь лишь по телевизору, когда та станет вести свое шоу на первом канале! Стоял июнь, было тепло, темнело поздно, Касаткина топталась у входа в телецентр и мечтала, как когда-нибудь войдет в эти стеклянные двери победительницей. Ничего, сегодня Полечка неудачница, но скоро все изменится…

– Красавица кого-то ждет? – спросил приятный мужчина, который только что вышел из здания, куда безуспешно пыталась проникнуть Поля.

На вид дядьке было лет шестьдесят. Решив, что от дышащего на ладан старикана засады ждать не приходится, девочка честно ответила:

– Хочу сюда на работу устроиться.

– Сколько тебе лет? – улыбнулся мужчина.

– Четырнадцать, – гордо ответила Поля, – я взрослая.

– Андрей Петрович, – крикнули из здоровенного джипа с намертво затонированными окнами, – вам Леонид звонит.

– Спасибо, Шура! – ответил хозяин.

В ту же секунду из телецентра вышел парень и окликнул мужчину:

– Андрюша, привет.

Полина замерла. Парень был известным телеведущим. В жизни он оказался не таким красивым, как на экране, но все равно – перед Касаткиной стоял принц.

– Здорово, Гена, – ответил Андрей Петрович.

– Будешь на дне рождения у Бархановой? – поинтересовался принц.

– Заскочу на минутку, – без особого энтузиазма ответил старикан.

Геннадий пожал собеседнику руку и нырнул в поданную иномарку.

– Вы здесь начальник? – зашептала Поля. – Возьмите меня! Все-все делать буду!

– Все-все? – усмехнулся мужчина. – А что мама с папой скажут?

– Они в Новомосковске, – призналась Касаткина, – кроме меня, в семье еще десятеро детей, родители лишний рот искать не будут. Я прям слышу, как отец матери орет: «Свалила дочь, и хорошо! Больше денег в семье останется».

– Отважная девочка, – похвалил Полину Андрей Петрович. – Где жить собралась?

– А не знаю! – весело ответила дурочка. – Как-нибудь устроюсь!

Андрей Петрович взял Полину за плечи и повел в свой джип.

– Поехали, поговорим.

Через полчаса Полина чуть не потеряла голову от счастья.

Андрей Петрович не работал на телевидении, не имел никакого отношения к зданию на улице Королева. Господин Федотов снимал кино и имел огромное количество знакомых.

Добрый дядя привез Полину в загородный дом, выделил ей комнату и предложил главную роль в новом фильме.

Вы, наверное, думаете, что наивная девочка попала в лапы педофила? Нет, Федотова совершенно не волновали ни девочки, ни мальчики, ни женщины. «Я инвалид на ниве секса», – частенько признавался он.

Федотов на самом деле снимал фильмы – раз в пять-шесть лет демонстрировал нечто тягомотное, скучное, не имеющее ни малейшего успеха. В среде кинематографистов Андрея Петровича считали излишне серьезным, но всегда хорошо отзывались о нем. Плохо говорят исключительно о знаменитых, талантливых и работоспособных, а тот, кто шесть лет тужится над лентой, которая проваливается в прокате, нравится и критикам, и коллегам. Правда, зрителей на произведения Федотова не тянуло, но от этого в среде киношников его любили еще больше.

  105  
×
×