115  

Эпилог второй, и последний

8 февраля 2008 года

Олег Игнатенко сидел в своем рабочем кабинете и смотрел на только что прочитанную рукопись, рядом с которой лежал надорванный желтый конверт. На конверте значилось его имя, написанное печатными буквами. И больше ничего — ни фамилии, ни почтового адреса, ни данных об отправителе.

Странную посылку принес курьер этим утром. И клялся, что понятия не имеет, кем она была отправлена.

Олег всегда был человеком рассудительным и крайне осторожным, а потому не торопился вскрывать конверт. Он перебрал в уме все возможные варианты попадания к нему таинственной бандероли, включая юмористические. Он тщательно ощупывал конверт, подносил его к свету, даже обнюхивал, но все было тщетно. Похоже, внутри еще один пакет, и это все, что можно сказать. В конце концов Олегу надоело гадать на кофейной гуще. Была не была. Он взял нож для бумаги и аккуратно вскрыл его.

Внутри оказалась рукопись, озаглавленная «Барселонская галерея». Он просмотрел первый листок, второй… Сел и прочел все от корки до корки, не отрываясь.

Только потом Олегу пришла в голову мысль, что в посылке должно находиться еще и письмо или хотя бы короткое послание. Дрожащей рукой он взял желтый конверт.

К его ногам упал лист в клеточку, весь заполненный синими ровными строками. Обычный листок из школьной тетради, но исписанный совсем недетским почерком.

Красивые, четкие буквы расплывались перед глазами. На Олега накатило странное, необъяснимое волнение. Наконец он заставил себя прочесть написанное.

Любимый мой, мой хороший! Самый родной и драгоценный человек! Ты, наверное, не сразу понял, каким образом попал к тебе этот конверт. От кого он? Почему на нем нет обратного адреса? Спешу объяснить тебе. Это пишу я, Светлана. Твоя случайная знакомая. Твой самый искренний друг. Твоя не слишком желанная любовница. Да, не отрицай, я сознаю, что ты никогда не любил меня как женщину, несмотря на то, что мы с тобой были вместе. В общем, ты понимаешь. Ты у меня все чувствуешь и понимаешь. Ты самый умный и добрый мужчина на свете.

Сколько раз я мечтала задать тебе простой вопрос: «Как ты ко мне относишься?» Я разрывалась между напрасной, но такой сладкой надеждой услышать: «Я тебя люблю» — а вдруг! — и горьким пониманием, что ты, такой порядочный и честный, не сможешь произнести эту сладкую ложь. Скорее всего, ты отвел бы взгляд и пробормотал что-нибудь вроде: «Я отношусь к тебе очень хорошо». И я бы тогда умерла на месте.

Раз ты читаешь это письмо, значит, меня уже полгода нет на этом свете. Именно такой срок я и запланировала, когда заказала отправку посылки. Ты уже пережил мои похороны, горевал по мне (я смею на это надеяться), уже, наверное, забыл меня. А теперь снова вспомнил. Видишь, иногда можно вернуться к живым, когда сам находишься в мире мертвых. Правда, я позаботилась об этом заранее. Я отдала конверт своей секретарше и попросила отправить тебе ровно через полгода после моих похорон. Почему именно через шесть месяцев? Не знаю. Мне всегда казалось, что это магическое число. И потом, за этот срок ты уже успеешь освоиться со своей новой жизнью. Как тебе в ней? Жалеешь ли ты о чем-нибудь? Счастлив ли? Помирился ли со своей женой, как я искренне желала? Но я снова отвлекаюсь.

Вместе с письмом я оставляю тебе рукопись. Не знаю, как назвать мое творение. Повесть? Пожалуй, нет, для повести в ней слишком много действующих лиц. Роман? Возможно. Хотя скорее это просто записки. О нас с тобой. О наших знакомых. О поступках, которые мы совершали, и о причинах, которые эти поступки рождали.

Ты спросишь — для чего все это?

Ну, во-первых, я всегда мечтала стать писателем. Думаю, ты этого даже не предполагал. И не только ты. Я мечтала писать с детства. Да-да, видимо, у меня это наследственное. И я это сделала — написала книгу! Пусть у моей единственной вещи будет единственный читатель. Я не против. Это ведь будешь ты.

Вторая причина, по которой я решилась на этот приятный, но слишком кропотливый труд, — желание подарить тебе счастье. Помнишь историю про моего дедушку и его книгу? Это чистая правда. Ведь я верю в то, что каждый искренний творец немножечко умеет колдовать. Если подробно описать то, о чем мечтаешь, это рано или поздно сбудется наяву. А у моей книги счастливый финал. И я очень постараюсь, чтобы она не попала в чужие руки.

  115  
×
×