38  

Миссис Вандемейер положила пистолет рядом с собой на край умывальника и, не спуская глаз с Таппенс, сняла с мраморной полки маленький плотно закупоренный флакон, накапала из него в стакан какой-то жидкости, и долила туда воды.

– Что это? – подозрительно спросила Таппенс.

– То, от чего ты крепко уснешь.

Таппенс слегка побледнела.

– Вы собираетесь меня отравить? – прошептала она.

– Может, и собираюсь, – ответила миссис Вандемейер, ласково ей улыбнувшись.

– Тогда я пить не буду! – твердо объявила Таппенс. – Лучше уж пристрелите меня. Так хоть кто-нибудь услышит, если повезет. А покорно подставлять шею, как овца на бойне… Это уж дудки.

Миссис Вандемейер топнула ногой.

– Не строй из себя дурочку. Ты что, думаешь, я хочу, чтоб мне пришили убийство? Если у тебя есть хоть капля ума, ты должна сообразить, что мне травить тебя не к чему. Это обыкновенное снотворное. Проснешься завтра утром – целая и невредимая. Просто не хочу терять время. Пока тебя свяжешь, пока засунешь в рот кляп. Так что выбирай. Только учти, валяться связанной – удовольствие небольшое, и если ты выведешь меня из терпения, я покажу тебе небо в алмазах! Так что пей, будь умницей, ничего с тобой не случится.

В глубине души Таппенс ей верила; доводы были достаточно вескими. Действительно, снотворное позволило бы миссис Вандемейер временно от нее избавиться – быстро и без хлопот. Но Таппенс все равно не хотела сдаваться, не попытавшись вырваться на свободу. Ведь если миссис Вандемейер от них ускользнет, вместе с ней исчезнет последняя надежда отыскать Томми.

Таппенс была девушкой сообразительной. В мгновение ока проанализировав ситуацию, она увидела, что у нее есть небольшой шанс, правда, весьма ненадежный, но все-таки шанс.

А потому она внезапно скатилась с кровати, упала перед миссис Вандемейер на колени и намертво вцепилась ей в юбку.

– Я вам не верю, – простонала она. – Это яд… Это яд! Зачем вы заставляете меня пить! – Ее крик перешел в пронзительный вопль. – Я не хочу его пить!

Миссис Вандемейер, держа стакан в руке, смотрела на нее сверху вниз, с презрительной усмешкой выслушивая ее причитания.

– Да, встань же, идиотка! Довольно хныкать. Просто не понимаю, как у тебя хватило духу так нахально притворяться! – Она топнула ногой. – Вставай, кому говорю!

Но Таппенс продолжала цепляться за нее и рыдать, перемежая всхлипывания бессвязными мольбами о пощаде. Дорога была каждая выигранная минута. А кроме того, рыдая, она незаметно приближалась к намеченной цели.

С раздраженным восклицанием миссис Вандемейер рывком приподняла ее голову.

– Пей, сейчас же! – раздраженно крикнула она и властным жестом прижала стакан к губам Таппенс.

Та испустила последний отчаянный стон.

– Вы клянетесь, что мне от него не будет вреда? – пробормотала она, продолжая тянуть время.

– Да, конечно же, не будь дурой!

– Так вы клянетесь?

– Да-да, – с нетерпеливой досадой ответила миссис Вандемейер, – клянусь!

Таппенс протянула к стакану дрожащую левую руку.

– Ну, ладно! – Ее рот покорно открылся.

Миссис Вандемейер с облегчением вздохнула и на мгновение утратила бдительность. И Таппенс в тот же миг резко плеснула снотворное в лицо миссис Вандемейер, та непроизвольно ахнула, а Таппенс свободной правой рукой сдернула пистолет с края умывальника и тотчас же отскочила назад. Теперь пистолет был направлен в сердце миссис Вандемейер, и рука, которая его держала, была тверда.

И тут Таппенс позволила себе позлорадствовать (что, конечно, было не слишком благородно).

– Ну, так за кем же последнее слово? – почти пропела она.

Лицо миссис Вандемейер исказилось от ярости. На мгновение девушка испугалась, что ее противница бросится на нее, и тогда она окажется перед весьма неприятной дилеммой, поскольку стрелять вовсе не собиралась. Однако миссис Вандемейер удалось взять себя в руки, и ее губы искривились в злобной усмешке.

– Оказывается, не такая уж ты идиотка! Отлично все разыграла, паршивка. Но ты за это заплатишь… Да-да, заплатишь. У меня хорошая память.

– Вот уж не думала, что вас так легко будет провести, – презрительно возразила Таппенс. – И вы поверили, что я способна ползать по полу, выклянчивая пощаду?

– Погоди задирать нос, мы еще проверим твои способности, – многозначительно ответила миссис Вандемейер.

Ее злобный ледяной тон заставил Таппенс невольно похолодеть, но она не поддалась страху.

  38  
×
×