5  

– Мам, это не Лидочка, это я, – ответила трубка густым басом.

– Па-а-ашенька! А я вот… звоню… Хотела узнать, как ты себя чувствуешь?

Павел Дмитриевич Курицын – сын Василисы Олеговны, он же сотрудник милиции и отец трех дочерей, отличался отменным здоровьем и в редкие выходные чувствовал бы себя всегда прекрасно, если бы не вот такие неожиданные, тревожные маменькины звонки.

– Сыночек, я ведь что хотела… Тут у нас с Люсенькой свободное время образовалось, так я думаю, может быть, ты мне дашь состирнуть твой бронежилетик. Можно два. Я припоминаю, что ты их давненько не стирал. А Лидочке некогда, я же понимаю…

– Та-а-аак… – запыхтел в трубку сын. – Ну-ка, матушка, колись, что это за ересь со стиркой? Зачем тебе бронежилеты? Ты что, атаковать кого собралась, что ли? Или опять в какой-то криминал вляпалась? Учти – мне надо правду, только правду и ничего…

– Ага, сейчас, правду тебе, – буркнула Василиса и тут же пылко возмутилась: – При чем здесь криминал?! Можно подумать, интересной женщине больше заняться нечем! Так ты даешь бронежилеты?

– Нет! Я тебе лучше Катю с Надюшкой дам!

– Только вот внучек сейчас не надо. У нас Люсеньке нездоровится. С Малышом где-то бегала, и вот теперь пожалуйста – щенку хоть бы хны, а Люся вся в прыщах. Ну чего ты хочешь, пожилая она уже у меня, ей покой нужен, какие уж тут дети…

Василиса несколько раз убедительно вздохнула и положила трубку. Так, от сынка помощи ждать не приходится. Ему только намекни, он тут же сделает все, чтобы подруги носа из дома не высунули. Эх, черт, а она еще хотела у него пистолет попросить, чтобы почистить… Ну что ж, значит, придется идти на тортик безоружными. Может, обойдется? Ведь и девчонка вроде бы приятная, эта Римма, и песик у нее славный, а вот что-то грызет прямо в желудке… или предчувствие нехорошее, или гастрит… Тут еще и Люся со своим криком…

К назначенному часу подруги уже топтались у дверей Риммы и безжалостно давили кнопку звонка.

– Ой, проходите, я вас уже заждалась, – радостно приветствовала их хозяйка. – Проходите, проходите, не бойтесь, я Олафа с Толей отправила погулять, чтобы вы, так сказать, не чувствовали себя скованно. Ой! Надо же, а поводок Толя забыл! Ключ взял, а поводок оставил. Ну да ничего, Олаф его и так слушается. А вы проходите, чувствуйте себя как дома, собака вас не тронет.

Это был правильный шаг, потому что теперь, зная, что никакая зубастая пасть не выскочит им навстречу, подруги зашевелились гораздо бодрее. Шумно галдя, они разулись в прихожей и посеменили за хозяйкой, не забывая вертеть головами.

Неизвестно, где трудилась Римма, но жилье ее говорило о приличном достатке. Квартира просторная, с большими коридорами, последней планировки – санузлы в одной стороне, гостиная и спальня в другой, а кухня вообще за каким-то закоулком. И огромные окна, и дорогие обои, и телевизор в полстены… Именно такой телевизор мечтала купить Василиса, если вдруг ей посчастливится когда-нибудь разбогатеть. Люсенька была особой приземленной, поэтому о богатстве даже не задумывалась, но от такого экрана тоже не отказалась бы. Да и от мягких удобных кресел, куда их усадила Римма, тоже. Сейчас дамы утопали в креслах, высоко задрав ноги, и выжидательно поглядывали на хозяйку – очень хотелось чаю и обещанных подарков.

– Вы уж извините нас… – снова начала Римма извиняться за неприятность на лужайке. – Вот, смотрите, какой я вам пакет приготовила. Берите-берите, он только с виду громоздкий, а на самом деле не слишком тяжелый. Очень не хочу, чтобы кто-то на Олафа зло держал. Он у меня и так то одну болячку подхватит, то другую.

– Так это порода такая… – поддерживала беседу Люся, важно играя бровями. – Надо было дворняжку брать. Вот уж кто к болезням устойчивый!

– Ну не скажите! – воодушевилась молодая женщина и выдала Люсе целую речь в защиту любимой породы.

Беседа наметила русло, Люся и Римма уже жарко спорили, а Василиса послушно сидела в кресле и пялилась на стены. Хозяйка собаки, похоже, совершенно забыла, что пригласила дам на чай – на низком столике даже чашек не наблюдалось, а был еще и торт обещан. И все же Римма не обманула. Минут через пятнадцать Василиса ощутила приятный запах печеного.

– Вы меня извините, – подскочила Римма. – Я вас оставлю на минутку, пора пирог из духовки вынимать. Вы ведь не обидитесь, если я вас вместо торта угощу черемуховым пирогом со взбитой сметаной?

Еще бы они обиделись! Да они готовы съесть три черемуховых пирога! И вообще, черемуховый пирог – самый любимый пирог Люси и Василисы. К тому же, сколько они его дома ни пекли, он у них еще ни разу не получился, а ведь Люсенька довольно вкусно готовила.

  5  
×
×