99  

— Ты наверняка права, — признал Адриан. — Мы привезли с собой микробов, бактерии или вирусы, которые их убивают.

— Таким же образом первооткрыватели новых территорий на Земле заражали аборигенов разными болезнями. Мы должны были об этом подумать.

— И что бы это изменило? Мы стали бы постоянно ходить в герметично закупоренных скафандрах?

— Что мы можем сделать сейчас?

Через отверстие в стене, которое играло роль окна, люди видели длинные, широко раскинувшиеся ветви дерева.

— Уже слишком поздно. Теперь микробы распространяются без нашего участия. Нам нужно сделать следующее — начать разведение здесь земной фауны и флоры. У них должен иметься иммунитет против земных микробов. Ив-1 подумал об этом. Именно с этой целью он и устроил на борту «Мушки-2» маленькую биологическую лабораторию.

— Значит, нужно вернуться к челноку, взять из него зерна и зародыши.

— Ну, а затем останется только отыскать в твоей старинной книге «Новая планета: инструкция по применению» главу, где объясняется, как вырастить животных, и, прочитав ее, приступить к работе. Между нами говоря, это внесет разнообразие в наш рацион. Ящерицы, маленькие или большие, прожаренные или полусырые, начинают мне надоедать. Я даже с тоской вспоминаю светящихся кроликов на борту «Звездной бабочки».

Адриан пристально взглянул на Элизабет.

— Почему ты на меня так смотришь? — спросила та. — Что-то не так?

— Я отказался от физической близости с тобой. Все в порядке.

— Ну наконец-то ты стал более благоразумным. Нет вожделения — нет страданий.

— Что же, мы так и будем жить бок о бок, как друзья?

— Может быть. В любом случае как добрые соседи.

Она встала и дала ему немного чистой воды, которую она налила в сосуд, сделанный из выдолбленного куска дерева.

— Я рада, что ты в конце концов примирился с ситуацией, — сказала Элизабет.

— Неужели у тебя нет никаких плотских желаний?

— Конечно, есть. Однако мы же не звери. Мы — земляне, — гордо заявила девушка. — И мы, земляне, а женщины Земли в особенности, управляем своими инстинктами, неосознанными желаниями и при необходимости подавляем их. Вот увидишь, если однажды мы и соединим наши тела, это станет по-настоящему экстраординарным событием.

Они занялись любовью этим же вечером, и это не стало экстраординарным событием. Однако Элизабет интуитивно знала, что это нормально. Она подумала, что мужчины — это существа, над которыми приходится много работать, чтобы приспособить их к нуждам женщин. Спустя совсем короткое время Адриан, вероятно, перестанет быть таким нетерпеливым и бестактным. Девушка решила, что начиная со следующей ночи любви станет учить его таким вещам, как ласки, предварительные действия и неспешные наслаждения. Она объяснит ему, что сплетение тел — это вид диалога, во время которого каждый должен слышать своего партнера.

— Ну, тебе было хорошо? — спросил Адриан.

— Великолепно, ты идеальный любовник, — ответила она, стараясь, чтобы голос прозвучал как можно убедительнее.

— Теперь я смогу спать рядом с тобой?

— Не этой ночью, но когда-нибудь — вполне вероятно. Знаешь, у меня очень беспокойный сон.

Она крепко поцеловала юношу, лизнула его в шею и отправилась в свою кровать. Этой ночью Элизабет впервые не разговаривала во сне, а когда Адриан зашел взглянуть на нее, то увидел, что она спит с улыбкой на губах.

71. ЖИЗНЬ, РОЖДАЮЩАЯСЯ ИЗ МАТРИЦЫ

Создание жизни оказалось сложным делом. Прочитав главу «Как вывести животных», двое людей последовали советам книги Ива и стали размещать оплодотворенные яйцеклетки представителей земной фауны в автоматические инкубаторы. Спустя несколько недель Элизабет и Адриан получили первых существ земного происхождения, готовых функционировать в новой среде обитания — на чужой планете. Первым люди выпустили муравья, недавно выведенного из маленького яйца. Предварительно им пришлось разморозить его. Насекомое, ничтожно малое по сравнению с пространствами целой планеты, никак не хотело покидать палец Адриана.

— Ну же, давай, слезай!

В конце концов юноша просто сдул муравья на землю. Тот сразу начал исследовать почву, неспособный вообразить истинные размеры нового мира, в котором он только что оказался.

Одновременно, что выглядело символично, Элизабет вывела бабочку. Девушка помогла насекомому вылупиться из куколки и посадила к себе на ладонь. Это был экземпляр морфа, то есть резко выделяющийся по своим внешним признакам представитель одного из видов бабочек. Он обладал голубыми флуоресцентными крыльями, способными отражать свет под разными углами, что придает им невероятно объемную форму. Элизабет любовалась «своим» насекомым как настоящим произведением искусства, как картиной, которую она сама только что создала. Женщина подула, чтобы подсушить влажные крылья бабочки. Поскольку та никак не хотела взлетать, Элизабет дунула сильнее. В итоге бабочку буквально швырнуло в воздух. Она сразу потеряла ориентацию в пространстве, но тем не менее забила крыльями, боясь упасть. Наконец ее длинные голубые паруса поймали подходящий порыв ветра. Бабочка несколько раз вильнула из стороны в сторону, затем поняла, как управлять траекторией полета и стала подниматься вверх, к солнцу, как будто знала, что оно поможет ее тонким крыльям избавиться от последних следов влаги.

  99  
×
×