89  

Кофе выплеснулся из кружки. Это еще что такое, черт побери?!

Аннабел живо сбегала на кухню за бумажным полотенцем и протянула ему:

— Вытрись и слушай. Ты должен понять, как я благодарна за все, что ты для меня сделал. Вся эта история с Робом дурно подействовала на меня. С тех пор как мы расстались… ну, ты понимаешь… я избегала секса. И жестокая правда заключается в том, что у меня что-то замкнуло в голове. — Она принялась промокать капли, не замеченные Хитом. — Благодаря тебе теперь все позади.

Он осторожно отхлебнул кофе и стал ждать, не вполне уверенный, к чему она клонит. Аннабел раздражающе материнским жестом коснулась его руки.

— Теперь я чувствую себя совершенно здоровой, и вылечил меня ты. Ну… и фильм Кристал. Но, Хит… — Веснушки на лбу озабоченно сошлись. — Не могу отделаться от ощущения, что я… вроде как тебя использовала.

Кружка замерла в воздухе.

— Использовала?

— Именно об этом нам и следует поговорить. Я считаю тебя не только своим клиентом, но и другом, а друзей я не использую. Во всяком случае, до сих пор такого не бывало. Понимаю, что у мужчин другая психология. Может, ты считаешь, что ничего особенного не произошло. Может, я придаю случившемуся слишком большое значение. Но совесть подсказывает, что нужно абсолютно честно объяснить, что мною двигало.

— Разумеется, — насторожился он.

— Мне требовался настоящий мужчина, на которого можно положиться. Тот, который помог бы мне примириться с моей сексуальностью. И чтобы я эмоционально от него не зависела. Ну, ты понимаешь. Поэтому, конечно, ты идеально подошел.

Не зависела эмоционально?!

Аннабел прикусила нижнюю губу, и Хиту показалось, что она унеслась мыслями куда-то очень далеко.

— Скажи, что не сердишься, — попросила она. — О черт… я не позволю себе плакать. Но мне так плохо! Ты слышал Кевина прошлой ночью. Я… — Она сглотнула. — А тут еще и новые сложности. Как все запуталось, верно?

Очередной финт? Это еще что!!

— Какие именно сложности?

— Ну, ты знаешь.

— Освежи мою память. Аннабел опустила глаза.

— Не заставляй меня повторять. Слишком стыдно.

— Какой может быть стыд между друзьями? — сухо бросил он. — Тем более что ты так ратовала за честность.

Аннабел посмотрела в потолок, передернула плечами, уставилась в пол. И едва слышно застенчиво призналась:

— Ну… я немного увлеклась Дином Робилларом. Пол под ним покачнулся.

Аннабел прижала руки к щекам.

— О Боже, я краснею! Правда, ужасно, что я говорю с тобой о таких вещах?

— Да нет, — процедил он, — я к твоим услугам. Она опустила руки и пытливо уставилась на него.

— Знаю, скорее всего это ничем не кончится… история с Дином, я имею в виду, но до этой ночи у меня не хватало храбрости дать себе хотя бы шанс. Он, очевидно, мужчина опытный, и что мне делать, если та связь с ним, которую я чувствую, существует не только в моем воображении? Что делать, если окажется, что я его тоже интересую? Я с ужасом думала о том, как поведу себя. Но после того, что ты сделал для меня прошлой ночью, у меня наконец появилась решимость по крайней мере попытаться. Если ничего не выйдет, что же — такова жизнь. Во всяком случае я точно буду знать, что мои неврозы тут ни при чем.

— То есть ты говоришь, что я был чем-то… вроде ледокола?! В медовых глазах появилась тревога.

— Прошу, скажи, что все хорошо. Я точно знаю, что ты ни чего такого ко мне не питаешь, но кому нравится сознавать, что его используют?

Хит с трудом расцепил зубы.

— И это все, что ты сделала? Использовала меня?

— Ну… я не стала, как это бывает, представлять его, когда была с тобой… ничего подобного. Ну, может, только на пару секунд, но это все, клянусь!

Хит зловеще прищурился.

— Так мы по-прежнему друзья? — уточнила она.

Он совершенно не понимал причин той пылающей злобы, которая росла в его груди, тем более что Аннабел открыла ему дверь на волю.

— Не знаю. А ты как думаешь?

У нее хватило наглости ухмыльнуться.

— Думаю, так оно и есть. Ты сейчас немного мрачный, но не кажешься человеком, чья честь была оскорблена. Мне не стоило так волноваться. Для тебя это был всего лишь секс, но для меня — огромный шаг вперед, к эмансипации. Спасибо, дружище.

Она протянула руку, вынудив его поставить кружку на пол и ответить на рукопожатие либо выглядеть последним кретином в ее глазах. Она тут же вскочила и потянулась, как довольная кошка, отчего майка задралась, обнажив крошечный пупок, в который он окунул язык прошлой ночью.

  89  
×
×