100  

Я стою, дурак дураком, и лыблюсь;а она на меня и не смотрит. Да и на хуй ей сдался карлуша вроде меня, когда такая залупа рядом!

Теперь даже не знаю, что мне больше нравится: дрочить на ферме у Кахилла или выгуливать Амброза. Проблема с выгулом собаки только в том, что лишаешь себя основного источника подлинных удовольствий маргинала, а именно обеденной пинты темного в «Готе». Но потом думаю: а хули? Одна кружка погоды не испортит, сейчас дернем по-быстренькому.

Братва вся на месте; сидят, на собаку бычатся. Ну что, где тут этот хуишко Монти? Пусть только сунется, когда у меня такая бомба на поводке.

– Не ссы, не тронет, – говорю Соседу Уотсону, – мой песик и мухи не обидит, правда, Амброз? Только яйца оттяпает, и все!

Смотрю, Сосед хвост поджал, да и Дюк-пиздюк варежку прикрыл, не балаболит понапрасну.

– Слыхал новости? Сняли вчера этого Мейсона-то, бля, – заводит разговор Сосед.

– Кого? – переспрашивает Дюк, а сам на Амброза косится.

– Да этого, главного по настольному футболу, – поясняет Сосед и добавляет, поворачиваясь ко мне: – Повезло, что сначала тебя реабилитировали.

– Это точно. – Я стараюсь не проявлять лишнего интереса к теме, но чувствую, поводок в руке натянулся, хотя Амброз и лежит спокойно, как положено хорошей собаке в баре.

На всякий случай поглядывая на Амброза, Сосед начинает говорить сюсюкающим голосом:

– И как это Том Кахилл тебе не рассказал? Ты ведь теперь все время у него торчишь, просто прописался, как член семьи.

– Особенности трудового договора, бля. – Дергаю за поводок, но недостаточно, чтобы Амброз поднял голос. – Присматриваю за животными. Хрюшка, пони и здоровенная сраная коняга с хуищем, какого и на местном ипподроме не сыщешь, прикинь, да? Мерин, так что толку от такого инструмента – ноль, но я бы не отказался себе такой заиметь.

Да уж, бля, елдак четвероногий, как вспомнишь, так вздрогнешь!

– У этих тварей палка так палка! – вставляет Сосед.

Как ни стараюсь, перевести разговор на другую тему не удается, Дюк-дуболом ведет свою песню:

– Так я говорю, на этого говноеда Мейсона школьники настучали. Прикинь, он им деньги давал, чтобы те в девчонок переодевались, и дрочил на них. Похоже, он много на кого успел спустить, пока пацанята его не заложили.

– Вот ведь пидорюга! – гневается Сосед.

Мы с Амброзом помалкиваем, пес лежит у моих ног, ноздри раздуваются от спокойного дыхания, он посапывает, или, скорее, мурчит как котяра.

– Плел им всем, что потерял дочку в автокатастрофе, – продолжает Дюк, – а они, мол, как раз ее веса, роста и размера; а потом уговаривал переодеться в ее платья. И эти доверчивые бамбуки жалели старого урода и переодевались. Он им даже платил малеха. А до кучи все фотографировал и фильмы снимал. Коп Энди, ну, этот, который масон, говорит, они нашли кучу такого видео.

Ебать мои старые костыли… А его дядя Дейв – гроссмейстер ложи. Вот уж кто точно полюбопытствует. Семья, еб те.

– Эти козлы все одинаковые, – говорю, – я-то в нем сразу гомика приметил. – Я сдаю старика Олли с потрохами, но тему надо срочно прикрыть.

– Вот тварь паскудная, это ж надо так наивных мальчишек наебать. Даже не знаю, что бы я с этим гондоном сделал, – продолжает Дюк.

– Говорят, он их не трогал, так, дрочил только. – Харя Соседа трескается напополам в омерзительной ухмылке, и смотрит, гад, на меня. – Слушай, Джейс, а чем ты сам-то заслужил его милость? Что это он вдруг снял запрет с твоей игры? Ох, думаю, ее одежка тебе точно по плечу пришлась, с твоим-то ростом. С тобой он тоже в китайский бильярд играл, а, бля? – И ржет, сука.

А сам внимательно за моей реакцией следит, и Дюк тоже напряженно всматривается. Я давай про себя соображать: мое доброе имя, все мое будущее зависит от одного ответа. Слишком многое на кону, словно шарик на позиции, ничья, а времени осталось как раз на последний удар. Так что не облажайся, Джейс.

– Нет, – говорю, – я у него просто отсосал, да и все.

Дюк ржет, как лошадь, а потом и Сосед хлопает меня по плечу.

– Да… И я бы на его месте не упустил такой возможности, ты же, бля, на все пойдешь, только бы в игру вернуться.

– Лучше б я ему хуй сосал, или, там, юбку напяливал, чем слушал, как этот мудачина парит мне мозги о протоколах, процедурах и нормах поведения.

Они опять ржут. Один – ноль, но я висел на волоске. Хотел было еще пошутить на эту тему, да, думаю, как бы не переиграть. Теперь надо настраиваться на предстоящую встречу с одним пертширским пиздкжом, Дереком Кларком. Он будет играть на своей территории, все болельщики – его, ведь встреча пройдет в отеле «Салют», в Перте. «Сент Джонстон» против «Блю Бразил». Это вам не просто разборка двух придурков. Даже не столкновение двух городов или там графств. Это смертельная схватка двух диаметрально противоположных философских школ, битва на выживание!

  100  
×
×