19  

Руки Трэллы также выказывали торопливость, пытаясь справиться с рубашкой Алана. Позже у них будет время на ласки, которые они сейчас игнорируют, на нежные прикосновения и блаженные вздохи, шепот и воркование. Но не в данную минуту, когда их обоюдная страсть достигла такого накала.

Алан бормотал ругательства по поводу узкой кровати, мешавшей им быстро избавиться от своей одежды. В другое время он, возможно, с юмором отнесся бы к подобной ситуации, позволив себе даже посмеяться в разгар любовных страстей. Но сейчас кровь так стучала в его венах, что он не мог ни о чем думать, кроме как о прекрасном теле, распростертом перед ним.

Мужчина с минуту молча разглядывал обнаженную девушку, и она, несмотря на проявленную ранее смелость, почувствовала некоторую неловкость.

– Ты такая красивая. – Это были первые слова, которые он произнес с тех пор, как без стука ввалился в хижину. – Невероятно красивая. Само совершенство.

Девушка вспыхнула под его пристальным взглядом. Он сказал «совершенство», а она считала себя просто симпатичной. Но взгляд Алана, желание, которым горели его глаза, заставили ее почувствовать себя красавицей.

– Мне… мне кажется, что ты слишком тепло одет, – произнесла девушка почти шепотом.

В ответ на ее замечание Алан потянулся к застежке на джинсах. Трэлла отвернулась. Когда же она наконец решилась посмотреть на него, то была поражена красотой мужского тела. Тугие мышцы сильных рук в ног, темно-золотой ковер волос, покрывающих его грудь, плоский живот, стройные ноги с легким светлым пушком и, наконец, еще одна часть тела с явным признаком обуревавшего мужчину желания.

Алан видел нерешительность в глазах девушки, но, прежде чем он смог вспомнить о всех за и против, Трэлла подняла руку и осторожно коснулась набухшего члена. Мужчина застонал и схватил ее за запястье.

– Я сделала тебе больно? – с испугом спросила она.

– Нет. Да. – Он прикрыл глаза. Разум и желание вели в нем последнюю решающую битву. Безумие, подумал Алан. Я должен остановиться, пока не поздно.

– Ты разве не хочешь меня? – спросила Трэлла, продолжая ласкать его напрягшееся от возбуждения тело.

Сладкая мука.

– А ты разве не чувствуешь? – услышала она в ответ.

– Я тоже хочу тебя, – прошептала она. – Нам ничто не мешает.

Ничто, кроме здравого смысла, который в данный момент отказывается служить мне, в отчаянии подумал Алан.

Он поднял руку и запустил пальцы в каштановые волосы девушки. Затем притянул ее голову к себе и приник к губам в поцелуе, в котором отразились страх, отчаяние и откровенная страсть.

Комната закружилась перед глазами Трэллы. Девушка застонала, приняв на себя тяжесть мужского тела. Его правая нога протиснулась между ее бедер.

Рука Алана скользнула по обнаженному телу. Трэлла замерла от завораживающего воздействия его прикосновений и будто растворилась, прижавшись к Алану.

– Ты предохранилась? – спросил он хриплым голосом.

– Предохранилась? – Девушка уставилась на Алана голодными от желания глазами. – От чего?

– От беременности.

– Это не имеет значения. – Трэлла простодушно покачала головой.

– Ты можешь забеременеть. – Алану все труднее было сохранять ясную голову. Он ощущал мускусный запах возбужденного тела девушки, ее сексуальную потребность.

– Сегодня безопасный для меня день, – сказала она, не имея представления, было ли это на самом деле так. Увидев нерешительность в глазах Алана, Трэлла скользнула рукой вниз, сомкнула пальцы на твердом органе, заставив мужчину содрогнуться всем телом. – Неужели это так ужасно? – прошептала она, лаская его. – Ужасно, что у меня будет от тебя ребенок?

Алан замер, услышав этот вопрос. Его ошеломила сама мысль, что эта женщина может носить его ребенка. Он уже давно отказался от перспективы создать свою семью и шутливо называл себя дядюшкой всех детей своих друзей. Но сейчас ему вдруг захотелось иметь собственного ребенка – сына или дочь, для которых он стал бы любящим отцом.

Это сумасшествие. Настоящее безумие, тут же одернул себя Алан. Нельзя этого допустить. Но что-то гораздо более сильное, чем разум, говорило обратное: действуй!

– Не знаю, кто из нас двоих больше сумасшедший, проговорил он.

– Какая разница?

У Алана не было ответа на этот вопрос. Он только чувствовал влажный жар ее плоти, тесно прижатой к нему. Единственное, что знал в эту минуту: сейчас он абсолютно прав. Девушка шумно вздохнула, когда Алан вошел в нее. Боясь причинить ей боль, он сдерживал свою сексуальную энергию; шепча ободряющие слова, надавил чуть сильнее. У него на лбу выступили капельки пота. Плоть девушки была настолько тугой, как будто… для нее это было в первый раз. Алан поднял голову и, пораженный, вопросительно посмотрел на Трэллу.

  19