20  

– Трэй? – Он смог произнести только имя, но она поняла, о чем речь.

– Не останавливайся, – с мольбой прошептала девушка, впиваясь пальцами в его бедра. – Пожалуйста, не останавливайся.

Трэлла лежала не шевелясь, пытаясь осознать реальность физического соединения с мужчиной. Ей казалось, что она знала, чего ожидать, что ей все известно «про это». Но то, о чем она читала или что видела на экране, не шло ни в какое сравнение с тем потрясающим, божественным ощущением, каким было охвачено все ее существо, каждой своей клеточкой откликавшееся на движения Алана.

Он шептал ей нежные слова, продолжая ритмично двигаться, приглашая тело девушки присоединиться к нему в этом древнем ритме любви.

Воздух с шумом вырывался из легких Трэллы, которая выгнула спину, поддаваясь напору Алана. И тут она почувствовала, как напряжение, достигшее наивысшей точки, внезапно рассыпалось на тысячу сверкающих божественных осколков. Ее ногти впились в мускулистую спину Алана. Девушка ощутила, как любовник содрогнулся, когда она плотнее прижалась к нему. Затем раздался его стон, и вслед за Трэллой он мощным толчком освободился от накопившейся энергии.

Прошло несколько минут, прежде чем Алан зашевелился. Обессилевшая Трэлла слабо запротестовала, обхватив его руками.

– Я с тобой, – сказал он, мягко отводя ее руки и снова привлекая к себе. – Как ты? – Он взял Трэллу за подбородок, поднял лицо и внимательно посмотрел ей в глаза.

– Лучше чем хорошо. – Томная улыбка девушки отражала ее блаженное состояние.

– Почему ты не сказала мне, что у тебя это впервые?

– Ты бы тогда остановился, а я не хотела этого.

– Мне следовало остановиться. – Алан нахмурился, запоздало вспомнив свои разумные доводы против этой близости.

– Никаких сожалений. – Трэлла протянула руку и разгладила морщины на лбу Алана. – Я не ребенок и прекрасно понимала, что делала.

– Да, ты совершенно определенно не ребенок. – Он не смог удержаться от того, чтобы не погладить ее по голове. Трэлла выгнулась, как кошка, и ее грудь оказалась прижатой к груди Алана, как бы подтверждая справедливость его слов.

– Никаких сожалений, – повторила девушка, заметив беспокойство в голубых глазах мужчины.

– Нам надо кое-что обсудить.

– Не сейчас. Давай забудем на время о реальном мире.

– Но он существует. – И в этом реальном мире его поступок будет оплачен ценой мужской дружбы. Возможно, придется заплатить и более высокую цену, думал Алан, кладя ладонь на живот Трэллы.

– Нет будущего, нет прошлого. – Она поймала его руку, поднесла к лицу и прижалась к ней щекой. – Пока снег не растаял, существует только хижина и мы. А всего остального просто нет. Пожалуйста, Алан.

Но никто лучше него не знал, что нельзя отгородиться от реальной жизни, как того хотела Трэлла. Всегда существовало прошлое, и нельзя было отбросить в сторону будущее. Но Алан не мог устоять против молящего взгляда девушки.

– Нет будущего, нет прошлого, – быстро произнес он.

Улыбка Трэллы была настолько теплой, что она растопила холодный голос его разума, твердившего о серьезной ошибке, которую он совершил.

7

Да, Алан Кольт, час назад ты соблазнил девушку, которую знал с рождения и до которой не имел права дотрагиваться, тем более что она была девственницей.

Суровым был приговор, но слабо отзывался он в глубине его сознания. И мысль о девственности не вызвала в нем чувства вины. Наоборот, он ощутил нечто вроде мужской гордости. Да, он был у нее первым, ему дано было единственному почувствовать эластичную упругость плоти, божественную пульсацию ее мышц.

Трэлла шевельнулась. Ему захотелось разбудить ее, вызвать в ней прилив желания. Но, нет, нельзя, он не хочет причинить той, что только-только стала женщиной, боль. Вздохнув, Алан осторожно поднялся с кровати. Ему удалось потихоньку вытащить из-под девушки скомканное одеяло и накрыть ее, хотя он и считал преступлением скрывать такую божественную красоту. Потом быстро натянул джинсы и приступил к хозяйственным делам. Пару минут спустя, израсходовав дюжину спичек, опалив два пальца, споткнувшись об угол печи и извергнув из себя поток приглушенных ругательств, Алан наконец зажег лампу и теперь старательно поддерживал огонь в печке.

Он долго сидел на корточках перед открытой топкой – языки пламени отбрасывали на его грудь красноватые тени, волосы спадали на лоб тяжелыми золотистыми прядями. Таким и увидела его Трэлла, пробудившись от сна. В облике Алана было что-то дикое, первобытное. Почувствовав на себе взгляд, тот обернулся. Их глаза встретились.

  20