54  

Алан замолк, но, переболев горьким воспоминанием, продолжил:

– Мне исполнилось шестнадцать, когда отец уехал в Орегон посмотреть быка, которого собирался купить. О моем дне рождения он, разумеется, забыл. А Агнес помнила, и, когда я вернулся вечером домой, на столе стояли торт и мороженое. Мачеха подарила мне ружье, о котором я давно мечтал. Поверь, она казалась пленительной женщиной и именно она открыла бутылку вина, которую мы выпили за мое здоровье.

– И дальше?

– Празднование моего дня рождения мы завершили в ее постели, – произнес Алан, просто констатируя факт. – Дело было не только в сексе, что, впрочем, для подростка уже вещь необыкновенная. Но я решил, что Агнес любит меня, и с ней связывал свое будущее, планируя наш побег из дому. Господи, чего я тогда только не передумал! В конце концов, случилось то, что и должно было случиться, – как в плохом кино. Отец вернулся домой раньше срока и застал нас в постели. Если бы у него было с собой ружье, он бы убил нас обоих. Я вскочил с постели, быстро натянул джинсы и, встав между ним и Агнес, заявил, что мы любим друг друга. Господи, каким же идиотом я был!

– А что Агнес?

– Агнес? Пока я, дурак, распинался в своей вечной любви к ней, Агнес, рыдая, кричала о том, что я изнасиловал ее.

– Боже! – Трэлла прижала руки к груди, чувствуя сострадание к тому мальчику, которым был когда-то ее муж.

– Отец поверил своей жене или сделал вид, что поверил. Он выволок меня во двор и избил до полусмерти. Затем дал полчаса на сборы и заявил, что, если я хоть раз осмелюсь появиться на ранчо, он пристрелит меня на месте.

– Но он, должно быть, осознал, что был не прав, иначе бы не оставил тебе ранчо. Я думаю, он сожалел о вашем разрыве.

– Сожалел? Старик вообще не знал такого чувства, – горько усмехнулся Алан. – Он завещал мне ранчо не потому, что раскаялся в содеянном, а потому, что во мне течет его кровь. Отец точно знал, что я не насиловал Агнес, он просто воспользовался удобным случаем, чтобы избавиться от меня. Но в конце концов и жену наказал, лишив ее большей части наследства.

После короткого молчания Алан ухмыльнулся.

– Ну, что, стало тебе легче от того, что ты узнала эту отвратительную историю?

– Да. – Трэлла медленно кивнула. – Мне действительно стало легче. Теперь я жалею того обманутого парнишку, ненавижу его соблазнительницу и точно знаю, что для нас с тобой она не представляет опасности.

Молодая жена подняла на мужа чистые зеленые глаза, полные любви, и у того забилось сердце.

– Неужели ты считала Агнес опасной для нашей с тобой любви?

Трэлла опустила глаза, слегка пожав плечами.

– Она красивая.

– Надо же мне было жениться на глупой, очаровательной женщине, которая до сих пор не поняла, что именно ее-то я и люблю.

Вот таким образом она и услышала объяснение в любви. Реакцией стало то блаженное тепло, которое враз разлилось по телу. И душа распахнулась навстречу человеку, избранному в вечно любимые.

– И когда ты понял, что любишь меня?

– Раньше, чем я готов был признаться в этом самому себе. Когда увидел, что ты уже далеко не та маленькая девочка, которую я знал. Ты постоянно присутствовала в моих мыслях. Сто раз я приказывал себе держаться от тебя подальше, но думал лишь о том, как дотронуться до тебя.

– А я из кожи вон лезла, чтобы подтолкнуть тебя к этому, – лукаво улыбнувшись, призналась Трэлла.

– И ты добилась своего. – Алан наклонился и поцеловал ее, почувствовав любовь в ответном движении губ. Чувство любви всегда было в ней и с ней, подумал супруг. А он был просто слеп. Или не верил в чувства этой женщины, считая себя недостойным ее. Ну да уже хорошо, что все недомолвки в прошлом.

Ладонь Алана опустилась на живот Трэллы. Вот его будущее – эта женщина и ребенок, который уже живет в ней.

– Что-то я разговорился сегодня, а ты ничего не хочешь сказать мне? – прошептал Алан.

– На тебе слишком много одежды, – ответила жена.

Муж поднял голову и притворно-сердито посмотрел на свою любимую.

– Я имел в виду нечто менее земное. Трэлла сделала вид, будто пытается что-то вспомнить.

– Ах, да. – Сияя от счастья, она обхватила его руками за шею. – Я люблю тебя, Алан. Ты не поверишь, я люблю тебя с тех пор, как мне исполнилось восемь лет. А это гораздо дольше, чем ты любишь меня.

– Тогда мне придется сильно постараться, чтобы догнать тебя, – ответил он, целуя жену.

Эпилог

И все-таки настал тот благословенный день, когда Агнес, окруженная ароматным облаком «Шанели номер пять» с примесью собственной злости, навсегда покинула ранчо Кольтов. Видя сияющие счастьем лица молодоженов, она уже понимала, что как бы ни старалась, не смогла бы внести раздор в их отношения, что, естественно, лишало ее главного развлечения. Но самым важным, что заставило стареющую прелестницу расстаться со своей долей наследства, стало заявление Трэллы о том, что Агнес скоро станет бабушкой. При этом молодые радостно обсуждали вопрос, как ее будет называть внук – просто «ба» или, может быть, «баба»? Этот на первый взгляд безобидный вопрос поверг элегантную, холеную Агнес в состояние шока.

  54