8  

«Ладно, лейтенант… Успокойся… Пробуем встать…»

Он со стоном приподнял голову, услышав отчетливый хруст собственных позвонков, в глазах помутилось от этого усилия, но ему все же удалось опереться на локоть, и Лозин на минуту застыл в таком шатком, неудобном положении, терпеливо снося дурноту, в ожидании, пока перед глазами рассеется багряно-черная муть.

Рассеялась…

Иван медленно опустил глаза, посмотрел на свои руки и увидел замызганный грязью скафандр, к рукавам которого налипла прелая прошлогодняя листва.

Повернув голову, он понял, что находится в кустарниковом перелеске, разделяющем два невозделанных поля. Метрах в двадцати от него по невспаханной целине обиженно, хлопая крыльями, ходили грачи.

«Весна…»

Земля под рукой была напитана влагой, солнце грело, но кое-где все еще лежали косы посеревшего снега.

Прыжки происходили в начале января, а сейчас, судя по всему, был уже конец марта… если не середина апреля.

Как ему удалось пролежать несколько месяцев на морозе, с разбитым забралом скафандра? Даже если учесть, что системы автоматического поддержания жизни все это время исправно работали, он так или иначе должен был погибнуть от переохлаждения, ведь герметичность экипировки была нарушена…

Превозмогая вполне объяснимую теперь слабость, Иван отполз на несколько шагов и прислонился спиной к тонкому стволу молодой березки.

Двигаясь, он ощущал, как что-то сопротивляется ему, тянет назад и, оглянувшись через плечо, понял, что это так и не отстегнутая парашютная система, превратившаяся в слежавшийся пласт измазанной в грязи ткани, тащится за ним, стесняя движения.

Еще один неоспоримый факт, свидетельствующий о том, что он несколько месяцев пролежал в глубоком снегу без малейшей помощи со стороны.

В чудеса и сказки Иван не верил давно, поэтому вольно или невольно ему пришлось бороться с двумя недугами — парадоксальной необъяснимостью ситуации и немощью тела.

Впрочем, он справился с обеими бедами одним способом — склонив голову, Иван нашел губами встроенный во внутренней части гермошлема маленький тубус и стиснул зубы, прокусывая его, пока не ощутил, как в рот полилась горьковатая жидкость.

Это был боевой стимулятор, запасом которого оснащался каждый скафандр. Его действие не наступало мгновенно, но было длительным, порядка суток.

Пока Иван ждал наступления эффекта от только что принятого препарата, разум невольно продолжал искать ответ на вопрос: как ему удалось выжить на протяжении трех месяцев?.. И вдруг заработала пробуксовывавшая до сего момента память. Внезапно вспомнилось, как в прошлом году его вызвали на собеседование в штаб дивизии. Речь шла о перспективном развитии военно-космических сил, межпланетных перелетах и новой области практических знаний, которые собирались внедрить во флоте в ближайшем будущем. Конкретно с ним говорили о проблемах выживания на иных планетах, межзвездных расстояниях, длительности космических перелетов и связанной с этим необходимостью погружать человеческий организм в состояние низкотемпературного сна.

Короче, военные медики искали добровольцев для масштабного эксперимента. Ни для кого не являлось секретом, что Россия строит первый межзвездный корабль, который должен сойти со стапелей орбитальной космической верфи уже в этом году, и для испытательного полета, сначала в границах Солнечной системы, а затем и за ее пределами, требовался специально обученный, всесторонне подготовленный экипаж, включающий в свой состав не только профессиональных астронавтов, но и группу «поселенцев», а также три штатных десантных подразделения ВКС.

Весь смысл собеседований, проводившихся с лейтенантом, заключался в том, что, под строжайшую подписку о неразглашении государственной тайны, военные медики предлагали Лозину ввести в его кровь специально сконструированные микромашины, которые своими размерами не превышали кровяные тельца, но несли весьма специфичный набор функций. Во-первых, они были способны обеспечить достаточную циркуляцию крови в процессе криогенного замедления всех остальных жизненных функций, во-вторых, эти искусственные частицы являлись мощнейшим механизмом, содействующим выживанию в экстремальных условиях иных планет. Сейчас Иван с трудом мог вспомнить все преимущества, что сулили военные медики обладателям искусственных кровяных телец, которые они называли не иначе как «микромашинами принудительного метаболизма»… Для лейтенанта был важен фактический вывод: согласившись полгода назад на инъекцию, сейчас он воочию наблюдал ее ошеломляющий результат…

  8  
×
×