78  

«Скажешь это ещё раз?», прошептала тихо Лидия.

«Что?», спросила Эдриен рассеянно. «О, первые полосы, газеты, они…», начала она объяснять, но Лидия перебила её.

«Дом», лицо Лидии осветила красивая улыбка. «Ты назвала это домом».

Эдриен моргнула. «Я?»

Две женщины долгие минуты смотрели друг на друга.

«Ну, до Самайна, Лидия, дай ей кофе, скажу я». Раздался сердитый голос Тэвиса из-за двери. «Как у вас рты не закрываются, её уже точно мучает жажда».

«Кофе?», Эдриен вскинула голову.

«Ах». Лидия улыбнулась, довольная собой и вдвойне своей невесткой, назвавшей Далкейт-над-Морем домом, даже этого не осознавая. Она быстро наполнила фарфоровую кружку дымящимся напитком и гордо поставила её на стол перед ней.

Нос Эдриен подёргивался, пока её вкусовые сосочки подпрыгивали в радостной джиге, и она жадно потянулась к кружке. Она закрыла глаза, глубоко вдохнула, и отпила.

И подавилась.

Тэвис постучал ей по спине и посмотрел на Лидию осуждающим взглядом. «Говорил я тебе!», сказал он.

Когда Эдриен снова смогла дышать, она вытерла слёзы с глаз и с подозрением посмотрела в кружку. «О, Лидия! Ты не оставляешь кофейную гущу – нет, не совсем гущу… скорее пасту, я думаю. Что ты сделала? Раздавила зёрна и смешала их с водой? Ух!»

«Разве я не говорил тебе пропустить его через сито?», напомнил Тэвис. «Ты бы стала пить его в подобном виде?»

«Ну, со всем этим шумом-гамом, я забыла!», Лидия схватила кружку. «Раз ты так уверен, что знаешь, как его делать, вот и делай!» Она толкнула кружкой прямо в Тэвиса, расплескав густую коричневую массу по полу.

«Отлично. Вот и посмотрим, скажу я!» С высокомерным видом он удалился в кладовую.

Лидия вздохнула. «Эдриен, я знаю, это было далеко не самое хорошее утро. Я так хотела приготовить кофе для тебя, но вместо кофе, как насчёт чашечки чая и беседы?»

«У-ох», сказала Эдриен. «Я знаю этот взгляд, Лидия. Что не так? Помимо моих прыжков сквозь временные ворота?»

«Чай?», уклонилась Лидия.

«Беседа», сказала Эдриен осторожно.

С чего лучше начать? Лидия решила ничего не таить от неё. Ложь и полуправда имели отвратительное свойство порождать и взращивать подозрения. Если Эдриен имела чёткое представление о Ястребе, можно было надеяться, что правда не повредит; но ложь, где-нибудь проскочив, определённо могла бы это сделать. «Эсмерельда мертва».

«Мне так жаль», мгновенно ответила Эдриен. «А кто такая, Эсмерельда?»

«Ястреба…ммм…ну, бывшая любовница – наверное, лучше всего назвать это так…»

«Ты хочешь сказать, так же, как Оливия? И где он её держал, между прочим? В донжоне? Или в башне? В комнате рядом с моей?»

Лидия вздрогнула. «Всё не так, Эдриен. Он расстался с ней за несколько месяцев до того, как ты приехала. Она жила с цыганами, которые размещают свой лагерь на наших полях в тёплое время года. Согласно тому, что сказали люди из её народа Тэвису этим утром, это она пыталась убить тебя. Хорошая новость, что ты сейчас в безопасности».

«Разве я не говорила об этом всё время? Я сказала тебе, что возможно это была одна из бывших этого мужчины, не так ли? Ох!», она вскочила на ноги.

«Эдриен».

«Что теперь?»

О, источник беспокойства, думала Лидия. Ну же, встряхнись, сказала она себе, зная по выражению лица Эдриен, что она готова прямо сейчас влезть в хорошую драку с Ястребом, и что рассвирепеет как брызгающая слюной банши, когда поймёт, что потасовки не будет. «Хоук уехал в Устер на рассвете».

«Как надолго?», проскрежетала Эдриен.

«Он не сказал. Эдриен! Подожди! Мы должны разобраться с тем, что принесло тебя сюда!», Но Эдриен больше не слушала её.

Лидия вздохнула, когда Эдриен ураганом вылетела из кухни, безостановочно бормоча про себя, «Высокомерный, тупой неандерталец, настоящая боль в заднице…»

Глава 23

Да в чём твоя проблема, Эдриен де Симон? Яростно спрашивала она себя.

Она пожала плечами и вздохнула, прежде чем с несчастным видом осведомила ближайший розовый куст. «Кажется, я испытываю слабость к этому мужчине».

Розовый куст мудро кивнул на тихом летнем ветру, и Эдриен охотно принялась изливать душу своему восторженному слушателю.

«Я знаю, он был с многими женщинами. Но он не такой, как Эберхард. Конечно, наверное таких как Эберхард вообще нет, ну может, за исключением пятиголового монстра у врат ада».

Когда розовый куст не упрекнул её за мелодраматичность и возрастающую поэтичность, она издала действительно несчастный вдох и продолжила. «Я ни черта не могу понять в этом мужчине. Сначала он хочет меня – я имею ввиду то, что он сжёг мою королеву, чтобы удержать здесь, что в действительности не сработало по всей видимости, но стремление было таким. Он неоднократно спасает мне жизнь, даже если это была косвенно его вина, это было опасно с самого начала, а потом он отказывается видеть меня. И если этого недостаточно, он чуть свет и уезжает, не сказав хотя бы ‘Будь здоров‘!».

  78