29  

На следующий день Валла пришел к костру. Его глаза блестели; казалось, он даже весел. Он спросил, кто отправится с ним собирать смолу.

«У нас есть смола, – удивились его хорошему настроению соплеменники. – Можешь взять у нас».

«Мне нужна свежая смола, – ответил он, засмеялся, увидев их испуганные лица, и сказал: – Пойдемте, и я покажу, зачем мне нужна смола».

Любопытные пошли с ним, а когда они собрали смолу, он повел их в долину валунов. Устроившись на самом высоком дереве, Валла попросил остальных отойти на край долины. С собой он взял лишь лучшего друга. Сидя на дереве, они выкрикивали имя Буббура, и эхо разносило их крики по долине, залитой солнцем.

Вдруг показалась коричнево-желтая голова. Змея прислушивалась, откуда доносятся крики. Вокруг кишели маленькие коричнево-желтые змееныши, что вылупились из тех яиц, которые видела Муура. Валла и его друг скатали смолу в большие шары. Когда Буббур увидел воинов, он раскрыл пасть, высунул язык и бросился на друзей. Был полдень, и солнце ярко высвечивало белые зубы и красную пасть Буббура. Но в тот же миг Валла кинул самый большой шар прямо в открытую змеиную пасть. Челюсти непроизвольно сомкнулись, и зубы завязли в смоле.

Буббур начал кататься по долине, но никак не мог избавиться от смолы, застрявшей в пасти. То же самое Валла и его друг проделали с другими змеями, и вскоре все они были не опасны и не могли разжать челюсти. Потом Валла позвал остальных людей, и те просто перебили всех змей. Все-таки Буббур убил самую красивую дочь племени, а потомство Буббура рано или поздно выросло бы в таких же жутких гадов. С тех пор таких ужасных коричнево-желтых змей в Австралии поубавилось. Но людской страх не пропал, а рос год от года.

Эндрю допил свой джин-тоник.

– А мораль? – спросила Биргитта.

– Любовь – тайна большая, чем смерть. И надо остерегаться змей.

Эндрю расплатился, дружески похлопал Харри по плечу и вышел из бара.

Муура

6

Халат, статистика и аквариумная рыбка

Он распахнул глаза. Город просыпался, жужжал и гремел в окно, а оно лениво отмахивалось занавеской. Харри лежал и смотрел на висящую напротив нелепицу – портрет шведской королевской четы. Королева уверенно и спокойно улыбается, а у короля такое лицо, будто в спину ему тычут ножом. Харри знал, каково это, – его и самого в третьем классе начальной школы заставляли играть принца в сценке «Капризная принцесса».

Где-то шумела вода. Харри наклонился понюхать ее подушку. На ней лежало щупальце медузы – или то был длинный рыжий волос? Ему вспомнилась фраза из спортивной рубрики газеты «Дагбладе»: «Эрланд Юнсен, футбольный клуб «Мосс», – известен своими рыжими волосами и «длинными» мячами».

Потом Харри вдруг понял, как он себя чувствует. Легко. Легко, как перышко. Так легко, что он испугался, что его подхватит ветерком и унесет в окно и он будет летать над утренней суетой Сиднея совсем без одежды. Потом он пришел к выводу, что чувствует такую легкость оттого, что за ночь вывел из организма много жидкости и, наверное, сбросил пару килограммов.

«Харри Холе, полиция Осло, – известен своими дурацкими идеями и пустыми шарами».

– Forlat? [25]

Биргитта стояла посреди комнаты в каком-то кошмарном халате и с полотенцем, повязанным вокруг головы.

– Доброе утро, о прекрасная и свободная. А я вот смотрел на портрет Капризного короля на той стене. Тебе не кажется, что он предпочел бы быть крестьянином и копаться в земле? Судя по лицу – да.

Она посмотрела на фотографию.

– Не всем дано найти правильное место в жизни. Вот, к примеру, тебе, а, snutjdael!

Она села на постель рядом с ним.

– Трудный вопрос с утра пораньше. Но могла бы ты, прежде чем я отвечу, снять с себя этот халат? Просто мне кажется, он входит в десятку самых страшных вещей, которые я видел.

Биргитта рассмеялась.

– Я называю его: «erotik-dodaren»[26]. Он бывает нужен, когда мужчины начинают слишком докучать.

– А ты узнавала, как называется этот цвет? Может, это новое слово, неизвестное доселе белое пятно на палитре, между зеленым и коричневым.

– Не увиливай от ответа, norrbagga[27]  – Она ударила его по голове подушкой, но после недолгой борьбы оказалась поверженной.

Не отпуская рук, Харри наклонился и зубами нашел пояс халата. Поняв его намерения, Биргитта вскрикнула и впечатала ему колено в подбородок. Харри охнул и осел на постель. Биргитта быстро прижала его руки коленями.


  29  
×
×