35  

Осторожно! — умоляюще произнесла она, увидев, что он поморщился.

Но Эдуардо меньше всего хотел помощи в этот момент, как она поняла. Его взгляд из ироничного стал твердым.

Я пригласил тебя в свою комнату как любовницу... а не как няньку! Я не инвалид, чтобы нуждаться в твоем уходе и внимании, как когда-то твой муж!

Уязвленная такой грубостью, Марианна вспыхнула:

Зачем ты так? — Она в отчаянии взмахнула рукой. — Я прекрасно знаю, что ты не инвалид. Ты... ты — такой любовник, о котором я всегда мечтала, Эдуардо.

Тогда иди сюда!

У нее не было времени для колебаний. Ее тело все еще горело от его ласк, и ей очень хотелось доставить наслаждение Эдуардо.

Эдуардо поднял ее голову за подбородок.

Я не хотел обидеть тебя, — угрюмо произнес он. — Иногда я просто слишком спонтанно реагирую. Может быть, ты поможешь мне в другом?

Отчаяние, промелькнувшее в его неотразимых голубых глазах, сменилось теперь мальчишеской усмешкой, и Марианна увидела, как он открыл маленький пакетик из фольги и вытащил его содержимое. У нее на миг замерло сердце, когда он взглянул ей прямо в глаза.

Я знаю, что ты никогда не делала этого раньше, так что я буду руководить тобой, если хочешь.

Хорошо, — тихо ответила она.

Встав перед Марианной, Эдуардо взял ее руку и помог ей. Ощутив жар его плоти под своими пальцами, она невольно задрожала.

Да, она нервничала, но, без сомнения, была к тому же и сильно возбуждена. А еще она немного опасалась, что может почувствовать боль.

Сейчас же Марианна была благодарна любовнику, который подумал о предохранении, потому что, к своему стыду, сама она и не вспомнила об этом.

Все будет хорошо, дорогая. Доверься мне. Я буду предельно нежным.



Я словно побывал в раю, — сказал ей Эдуардо чуть севшим голосом.

Наклонившись к Марианне, он снова поцеловал ее. В этом поцелуе было столько нежности, что слезы выступили на ее глазах. Сморгнув их и застенчиво улыбнувшись, она увидела, что Эдуардо озабочен, но смотрит на нее.

Вытерев ее влажные щеки, он нахмурился:

Надеюсь, я был достаточно деликатным для твоего первого раза и не причинил тебе боли?

Я не знаю, почему заплакала. Это не потому, что ты сделал мне больно, Эдуардо. Это все мои эмоции...

Тогда давай ляжем вместе спать, и я помогу тебе расслабиться. Буду обнимать тебя всю ночь, если захочешь, и ты сможешь уснуть.

Ты уверен? Я хочу сказать, уверен, что хочешь провести со мной всю ночь?

Конечно! Неужели ты думала, что я после всего выгоню тебя из своей спальни?

А как же Рикардо? — спросила Марианна, вдруг вспомнив, что слуга Эдуардо должен был возвратиться на следующий день.

А что Рикардо? — Темно-русые брови вопросительно поднялись.

Что, если он увидит меня выходящей из твоей комнаты утром?

Эдуардо пожал плечами, явно не разделяя ее озабоченности:

Если бы он это и увидел, то даже не прокомментировал бы этот факт. Я полностью верю в его благоразумие, так что не беспокойся.

Ну, как скажешь...

Так и скажу. А теперь — устраивайся поудобней и перестань искать проблемы там, где их нет!

Эдуардо обезоруживающе улыбнулся, и у Марианны будто сердце перевернулось. В этот момент он выглядел таким счастливым, каким она никогда еще его не видела...


Глава 10


Проснувшись, Эдуардо с изумлением увидел, что комнату заливает дневной свет. Он проспал почти всю ночь! Правда, один раз все-таки открыл глаза, чтобы убедиться — Марианна все еще спит рядом с ним.

Эдуардо с трудом мог поверить в случившееся. Слегка пошевелив ногами, он понял, что дискомфорт или боль почти исчезли. Потрясающе! Тело его больше не болело. Эдуардо чувствовал, что отдохнул и набрался сил.

Обдумывая причину такого чуда, он повернулся на бок, приподнялся на локте, чтобы внимательно посмотреть на спящую рядом с собой девушку. При взгляде на нее у него замерло сердце.

Даже в сиянии утреннего солнца, которое все обнажало и ничего не скрывало, Марианна была просто восхитительна! Безупречная кожа, гладкая как персик. Медового цвета волосы, обрамляющие ее лицо и покрывающие подушку шелковой спутанной волной. Такая картина с самого утра привела бы в восторг каждого мужчину, если только в его жилах течет кровь.

И снова Эдуардо мысленно заключил в рамку фотокартину, на которой была бы Марианна. Такая красота вызвала бы всеобщий восторг. Но он ни за что бы не продал эту картину и не отдал бы ее никому. Он бы оставил ее себе, чтобы постоянно любоваться ею.

  35  
×
×