24  

События продолжали разворачиваться в непрерывной последовательности, не давая мне возможности покинуть место кровавого преступления. Негромко чавкнула задняя дверца «Мерседеса». На заснеженный тротуар опустились две женские ножки в туфлях на шпильках, а затем появилась Дама в лисьей шубе до пола. Света одинокого фонаря вполне хватало, чтобы рассмотреть ее во всех подробностях. Я не могла оторвать глаз от ее фигуры и лица. Дама была красива совершенно невозможной, завораживающей красотой. Волосы медового цвета, зачесанные наверх, точеный профиль, лебединая шея, изящная рука и королевская стать! Господи! Хотелось плакать при виде такого совершенства!

Незнакомка плавно подняла руку. В тонких пальцах она держала длинный мундштук с сигаретой. Но затянуться Дама не успела. Из двери фотомастерской выскочил человечек в кепочке и вприпрыжку кинулся к машине.

– Уходим! Нас опередили! – на ходу выкрикивал он.

Дама проворно скользнула в «Мерседес», и лимузин растворился в ночи.

Я поморгала глазами, ущипнула себя за руку и поняла, что не сплю, а все еще стою за водосточной трубой недалеко от арки родного дома. Преодолев коварную подворотню, двор и лестничные пролеты со скоростью спринтера, я ворвалась в квартиру, заперла дверь на все замки и цепочки и только тогда смогла перевести дух.

В комнате бабы Веры выли полицейские сирены, визжали на поворотах покрышки и кто-то отчаянно отстреливался короткими очередями. Не снимая пальто и сапоги, я прошла на кухню, достала из буфета лафитничек с лечебной настойкой и глотнула прямо из горлышка. Дыхание перехватило, на глаза навернулись слезы, но немного полегчало. Боже мой! Зачем смотреть заокеанские боевики по телевизору, когда достаточно заглянуть в соседнюю дверь и получить ту же дозу адреналина!

– Что случилось? – появилась на кухне баба Вера. – Маша, да на тебе лица нет!

Поведать, что со мной приключилось, я еще не могла, язык меня не слушался. Вместо ответа я вынула из сумки предмет, который схватила со стола фотографа. Он представлял собой часть деревянной полусферы, у которой были отсечены две боковые стороны. На плоской поверхности изделия красовалась шишечка ручки, а к выпуклой части крепились с помощью специальных зажимов листы промокательной бумаги.

– Хм, пресс-папье, – глубокомысленно изрекла баба Вера, поправляя душку очков, и с интересом посмотрела на меня.

Не дождавшись ответа, она продолжила:

– В те далекие времена, когда люди писали перьевыми ручками, подобные штуковины использовали для того, чтобы убрать излишек чернил и не допустить образование клякс.

Я все еще таращила глаза и боролась с внутренней дрожью.

– Хм, – покрутила она в руках вышеозначенный предмет. – Промокательная бумага совсем новая. На ней зеркально отпечаталось всего одно слово. «Г» заглавная, дальше маленькая буква «Р», тут неразборчиво, потом «Л» и мягкий знак. «Гриль»? "Гроль"? «Граль»? "Грель"? Похоже на фамилию еврейского происхождения…

Я еще раз глотнула из лафитничка, передернула плечами и, наконец, смогла рассказать о событиях, свидетелем которых стала. Баба Вера долго молчала, массируя артритные костяшки рук.

– Перед смертью фотограф думал об этом «Гриле» и даже написал его имя, – задумчиво проговорила она. – Он знал своего убийцу, во всяком случае, не опасался его. Стреляли с близкого расстояния из оружия с глушителем, чтобы никто не услышал. Убийца сделал свое черное дело и спрятался за занавеской.

Искал он там что-то или ждал другого визитера?.. Думаю, ждал… Иначе запер бы за собой дверь, чтобы ему не помешали… Теперь – мотив преступления.

Мотивов может быть сколько угодно, но в случае с фотографом мне больше по душе порнография. А где порнография, там – грязные деньги в больших количествах… Зуб на фотографа точил не только убийца, но и Дама из «Мерседеса»… Фотомастерская в угловом доме существует давно. Кто ее хозяин, я не знаю. Но это легко выяснить у татарки Розы – дворники всегда в курсе всех событий… Теперь, главный вопрос: почему он не убил тебя?

Я пискнула от второй волны испуга, а баба Вера сердито поджала губы:

– Замуж тебя надо скорей отдавать, чтобы не ходила по ночам одна и не искала приключений!

Я опять пискнула, но уже в знак протеста. Баба Вера махнула рукой и опять окунулась в дедуктивный метод рассуждения:

– Возможно, он просто не успел выстрелить, что-то ему помешало. Или пожалел патрон – не исключено, что на черном рынке с боеприпасами сейчас перебои – слишком велик спрос. Что отсюда следует? Новый вопрос: будет ли он тебя искать? На всякий случай, в пальто больше не ходи, надевай дубленку…

  24  
×
×