99  

– Не важно, – отмахнулся капитан. – Все равно вы молодцы. Ну, я поехал. – Он сел в машину, и она покатила прочь со двора.

Ребята вернулись в общежитие жутко уставшие, но довольные и преисполненные гордости за себя.

* * *

Наконец-то морозы кончились, как будто только и ждали, когда курсанты из группы Мочилова закончат свое расследование. Температура на улице так поднялась, что лед начал таять, образовывая на дорогах серо-коричневую жижу.

В это солнечное утро курсанты сидели в столовой, поглощая уже по третьей порции блинчиков со сметаной, и чувствовали себя настоящими героями. Еще бы, ведь это благодаря им было раскрыто самое громкое за последние несколько лет преступление в городе, именно для них тетя Клава испекла целую гору блинов и именно их вызывал сейчас по громкоговорителю капитан Мочилов, чтобы выразить особую благодарность. Ребята чуть ли не физически ощущали на себе завистливые взгляды остальных курсантов школы милиции, но их это нисколько не волновало, потому что знали – славу они вполне заслужили.

Поев и поблагодарив тетю Клаву, курсанты, весело смеясь и подшучивая друг над другом, пошли в учительскую, где их ждал Глеб Ефимович.

– А, явились, – обрадовался он. – Ну, заходите.

Ребята вошли и вытянулись перед преподавателем в стройную шеренгу. Мочилов сделал очень строгое лицо, прошелся взад и вперед, оглядывая своих подопечных, и вдруг, не в силах сдерживать эмоции, скомандовал:

– Вольно. Садитесь, ребята, – и указал на ряд стоящих у стены стульев.

Курсанты ошеломленно переглянулись. За два года учебы в школе они не могли припомнить, чтобы Мочилов позволил курсанту стоять перед ним в учительской не по стойке «смирно», и уж тем более не могли вспомнить, чтобы капитан предложил кому-то из учеников школы присесть.

– Ну, что переглядываетесь? – усмехнулся Глеб Ефимович, заметив недоуменные взгляды курсантов. – Садитесь, садитесь. Вы это заслужили. К тому же я вам столько хочу рассказать, что устанете стоять.

Ребята заулыбались, послушно расселись и приготовились слушать.

– Вчера я был у полковника Стеблова, – начал говорить Мочилов. – Зашел я к нему на чашку водоч... на чашку чая, – поправился он, – а заодно и полюбопытствовал насчет признания Мартышкиных. В общем, они раскололись, и теперь я могу вам рассказать, как все было, если вам, конечно, интересно.

– Интересно, интересно, – раздался нестройный хор голосов.

– Тогда слушайте. Мартышкин, как вы уже узнали, всегда был человеком ветреным, никогда нигде по-настоящему не работал, только подрабатывал то там, то здесь. И шутником был большим, только вот шутки у него дурацкие получались. Но самая главная его страсть – это игра, особенно в карты. Любил он в клуб «Непаханое поле» ходить. Вот и проигрался там местному авторитету Валере Лысому.

– А где же он деньги брал, чтобы играть, если никогда не работал? – полюбопытствовал Леха.

– Да он, как оказалось, чуть ли не половине города должен, кому рубль, кому тысячу. Да еще и у жены постоянно выпрашивал. В общем, не жил, а прятался от кредиторов. Но от Валеры ему спрятаться не удалось, не тот оказался человек. Лысый дал ему три дня срока, чтобы найти деньги на возвращение карточного долга.

– А у Лысого что, денег нет? – на этот раз задал вопрос Веня.

– Почему нет, есть, конечно. Но Валера – человек принципа, и принцип этот заключается в том, что если должен – отдай. Вот он и стал наседать на Мартышкина. Тот, естественно, испугался, потому что знал – Лысый шутить не станет. Но понятно, что пятнадцать тысяч баксов за такой короткий срок найти очень сложно. И тогда Николай Мартышкин решил всех обмануть. К приходу своей жены с работы он притворился мертвым, предварительно намазавшись красной краской. А когда Наталья, увидев «мертвого» мужа, упала в обморок, Мартышкин потихоньку сбежал.

– Но зачем? – удивился Веня. – Можно было сразу договориться с женой, а не разыгрывать ее. Он же чуть до инфаркта Наталью не довел.

– Зачем он так сделал, выяснить не смогли, – покачал головой Глеб Ефимович. – Но, возможно, он просто боялся, что жена не выдержит и сорвет весь план. А когда она уже заявила о смерти мужа в милицию, деваться стало некуда. Не могла же она прийти на следующий день и сказать, мол, извините, вчера мой муж умер, а сегодня он воскрес. Ее бы приняли за сумасшедшую.

– Верно, – согласился Кулапудов.

– А дальше все получилось спонтанно. Мартышкины вовсе не собирались грабить кассиршу, но денег взять было неоткуда, и они решились на крайний шаг. Угнав первую попавшуюся машину, владельцем которой, кстати, оказался инженер мясокомбината...

  99  
×
×