66  

Он облизнул губы и лукаво скосил глаза на Китайца.

– Не тяни, Игорь.

– Ой, какие мы нетерпеливые, – хмыкнул он, – так вот, мамуся…

Бухман неожиданно замолчал и задумался. Китаец знал, что бухмановский напор и темперамент, помноженные на виртуозность и компетентность, порой увязали в его сугубо еврейской обстоятельной манере повествования.

– Так вот, – оживился он, – есть сведения, что некий московский авторитет, также специализирующийся на торговле машинами, недавно встречался с Трезубцевым. Видно, Трезубцев что-то замышляет, хочет наладить контакты с Москвой. Думаю, речь идет о чем-то таком, что коренным образом скажется на сфере его деятельности. Есть такой слушок, что московский гость предложил Артему Тарасовичу заняться иномарками. В любом случае, я, как профессионал, с учетом убийства Филимонова и Сихарулидзе, могу сказать тебе одно: началась борьба за передел рынка.

– Значит, ты связываешь визит москвича с этими смертями?

– Несомненно, – выпятил губы Бухман.

– Спасибо, Игорь, ты мне здорово помог.

– Ох, когда мы с тобой спокойно сядем у тебя, да-да, у тебя, потому что моя Лара спокойно посидеть нам не даст, и побеседуем за жизнь, а?

– Давай в ближайший уик-энд?

– В уик-энд, говоришь? Не могу, у меня тут клиент «вкусный» наметился.

Этим словечком Бухман именовал тех, кто мог заплатить ему за адвокатские услуги немалые деньги.

– Ну, тогда потом договоримся, – улыбнулся Китаец, а теперь… Ключи в машине.

– Гонишь, значит, – шутливо надулся Бухман.

– Игорь, у меня клиент уплывает…

– Ладно, ладно, мамуся, я не обижаюсь, – вздохнул Бухман, – увидимся позже. Я уж не спрашиваю у тебя, как там Ли Зи.

– Взял бы и позвонил ей, – усмехнулся Китаец, – ну…

– Иду-иду. – Бухман вылез из «Опеля», подхватил портфель из коричневой кожи и не спеша направился к «Массо».

Вскоре Китаец увидел, как его джип трогается с места. Еще минут через пятнадцать к офису Трезубцева подъехал джип «Тойота-Лендкрузер». Китаец шестым чувством уловил, что сейчас должен появиться Трезубцев.

Из «Тойоты» выскочили два огромных парня. Один – в меланжевом пиджаке и черных брюках, другой – в джинсах и сером джемпере. Они устремились ко входу в офис. Китаец неотрывно следил за крыльцом. Ему казалось, что его нервы постепенно вытягиваются в одну длинную нить и эта нить дрожит, как струна под смычком. Сердце стучало где-то в горле. «Нет, так нельзя», – он внутренне напрягся, потом расслабился, подышал глубоко и неторопливо. Успокоился.

В этот момент из дверей офиса вышел Трезубцев в сопровождении парней и блондина, сидевшего у него в кабинете. Китаец немного наклонился. Трезубцев сошел с крыльца и деловито направился к джипу. В его походке и жестах сквозило то холодное высокомерие, которое Китаец прочел в его лягушачьих глазах. Парни шли молча, окидывая окрестное пространство недоверчиво-быстрыми взглядами. У машины Трезубцев остановился, обернулся к Семе и что-то сказал ему. Сема кивнул с неизменно преданным видом и услужливо открыл заднюю дверцу «Тойоты». Один из парней, тот, что был в джемпере, сел за руль, другой, в пиджаке, залез на переднее сиденье, а блондин, оказавший существенную помощь в деле погрузки шефа, запрыгнул вслед за ним.

Джип медленно развернулся и двинулся по направлению к Третьей Дачной. Китаец тронул «Опель». В этот час магистраль, проходящая через Ленинский район, была запружена. Люди возвращались из центра домой. Поэтому слежка за «Тойотой» была лишена той остроты, которая присутствует в условиях, когда трасса относительно свободна и преследующий находится в напряжении: у него возникает желание как можно ближе подъехать к интересующей его машине, но в то же время он сознает, что должен сохранять разумную дистанцию. А уж сколько волнений по поводу возможной потери из виду преследуемого автомобиля!

Слежка, которую вел Китаец, напоминала тоскливую прогулку черепахи, устремившейся вслед за каракатицей. Несколько маневров, предпринятых «Тойотой», чтобы вырваться из монотонного потока автомобилей, окончились неудачей. Навязанный густотой транспорта ритм, похоже, нервировал и Китайца, и пассажиров «Тойоты». Проехав мост, Китаец прибавил скорость. Трезубцев явно ехал за город. Дорога сделала небольшой крюк и полетела вдоль огромного холма. Поток машин существенно поредел. Впереди замаячил редкий ельник. Не доезжая до него, «Тойота» повернула направо. Китаец не отставал, но и не форсировал. Асфальт сменился грунтовкой. Увидев, что теперь «Тойота» сделала поворот налево, Китаец подъехал к стыку двух дорог и, затормозив, покинул «Опель».

  66  
×
×