2  

Дальше все произошло почти мгновенно. Незаметно опустив одну руку под стол, а второй для отвода глаз взяв недопитый бокал с вином, он нащупал рукоятку привинченного книзу столешницы на поворотном рычаге «зиг-зауэра» и трижды подряд нажал на спусковой крючок. Две пули попали точно в сердца жены и дочери. Третья выбила из рук небритого мстителя помповое ружье, по касательной задев плечо. Такого поворота событий не ждал ни один из незваных визитеров. Породистое, аристократическое лицо хозяина виллы, как и прежде, оставалось совершенно бесстрастным. Только глаза словно покрылись тонким слоем льда, да чуть крепче сжались, сложившись в прямую линию, и без того бескровные губы.

– Что же вы заткнулись, господа? Скажите хоть что-нибудь, – огромным усилием воли заставил себя широко улыбнуться седой. – Право слово, мне уже становится скучно в вашем обществе.

Визитеры подавленно молчали, напоминая восковых манекенов.

Не чувствуя боли в окровавленном плече, Филин широко открытыми глазами смотрел на обмякших в руках у бледного подельника заложниц и, судя по беззвучно открывающемуся рту и хриплому прерывистому дыханию, с трудом осознавал случившееся. Простояв истуканом несколько долгих секунд, он, как в замедленной съемке, перевел взгляд на сидящего за обеденным столом хозяина роскошной виллы. В глазах еще недавно клокочущего жаждой кровавой мести главаря застыл первобытный ужас, смешанный с диким, находящимся на грани помешательства, изумлением.

– Ты – не человек… – прошептал он, с трудом разлепляя вмиг пересохшие губы и медленно качая головой на одеревеневшей шее.

– Я вижу, теперь ты все правильно понял, Филин, – спокойно сказал мужчина, откликающийся на имя Бруно. – Убить можно любого. Но еще не родился на земле тот подпоясанный ломом русский Иван, который мог бы взять меня на испуг. Даже такой дьявольской ценой, которую только что потребовал ты…

Следующие два выстрела проделали огромные дырки между глаз обоих боевиков, сломанными манекенами рухнувшими на мягкий белый ковер рядом с бездыханными телами женщины и девочки. Седой хозяин виллы нарочито небрежно вынул руку из-под стола и, зло прищурившись, посмотрел в мечущиеся глаза Филина.

– А теперь иди, откуда пришел, и передай своим оставшимся в живых сявкам то, что я сейчас сказал. Питерский транзит дури Рашид-хана – мой. И запомни – если я еще хотя бы раз увижу тебя и любого твоего вахлака в радиусе пяти километров от моих офисов или сотне морских миль от этой виллы, можешь оптом и с предоплатой бронировать себе и им ямы на Южном кладбище, заказывать гранитные надгробия и пластиковые венки. Потому что позже максать могильщикам будет уже некому. Ты хорошо меня понял, босяк?! Тогда вон отсюда! И не заставляй меня повторять дважды!..

Впервые за время кровавого рандеву с пожаловавшими в гости братками в бархатном голосе Бруно зазвенел холодный металл.

Авторитет, стараясь не глядеть на лежащие вповалку четыре трупа, попятился к двери, развернулся и, каждую секунду опасаясь выстрела в спину, на ватных шаркающих ногах побрел прочь из просторного обеденного зала, провожаемый уничтожающим взором монстра. После всего случившегося назвать человеком это аккуратно причесанное, гладко выбритое, одетое в роскошный костюм и благоухающее элитным парфюмом чудовище, просто не поворачивается язык…

Спустя неделю бывшего держателя транзитного контрабандного канала «белой смертью» Бориса Филиппова по кличке Филин нашли во дворе собственного дома на набережной реки Мойки. Экс-боксер-медалист, главарь крупной бандитской группировки, лежал на щербатом тротуаре в луже собственных мозгов, совершенно голый, с приоткрытым ртом и глядящими в никуда мертвыми глазами. Аккурат четырьмя этажами ниже распахнутого настежь окна своей квартиры. Официальной версией смерти бандюка сотрудники милиции, не долго думая, назвали самоубийство. Проводить более детальное расследование гибели широко известного в Питере отморозка опера из «убойного отдела» ГУВД, мягко говоря, не стремились. Сдох, шакал, туда ему и дорога. Хмурые и начисто лишенные сантиментов мужики в милицейских погонах лишь ухмыльнулись облегченно и наверняка подумали: хорошо все-таки, что люди не летают как птицы.

Часть первая

ПРАВИЛА ИГРЫ БЕЗ ПРАВИЛ

Глава 1

КРЕСТ ИЗ ИЕРУСАЛИМА

Секретарша Аллочка вошла в огромный, залитый солнцем кабинет и остановилась на пороге, дожидаясь, когда генеральный директор холдинга «НВК-система», оторвет взгляд от монитора ноутбука, поднимет голову и, слегка прищурившись, вопросительно взглянет на любовницу из-под бровей. От этого гипнотического взгляда у секретарши всякий раз пробегали по спине мурашки, а внизу живота появлялось сладкое томление. Именно таким взглядом Владиславу Александровичу удалось растопить лед в сердце женщины, уже поставившей крест на каких-либо чувствах, после вероломного предательства бывшего заокеанского бойфренда и постоянных домогательств всех последующих работодателей.

  2