30  

Головная боль лишь усилилась, когда она забралась в постель, но снотворное уже начало действовать. Ей отчаянно хотелось избавиться от боли в голове и смущения в мыслях. Ей хотелось почувствовать только умиротворение, а еще лучше ничего не чувствовать.

Через пятнадцать минут ее желание сбылось, и она уснула. Но даже во сне Аланна не нашла спасения от душевных мук. Дарко преследовал ее даже во снах. А с ним она вновь переживала боль разочарования и горечь предательства.

ГЛАВА ТРИНАДЦАТАЯ

Рис читал книгу, лежа в постели. Он пытался уснуть, но не мог. Вдруг он услышал пронзительный крик.

— Аланна!

Вскочив с постели, Рис бросился в их с Аланной спальню, зажигая на ходу свет. Он открыл дверь и подбежал к кровати.

Жена лежала на кровати, свернувшись калачиком. Ее глаза были плотно закрыты.

— Нет, Дарко, пожалуйста, — всхлипывала она. — Пожалуйста…

У Риса от злости задрожали руки. Одно дело было услышать от матери Аланны обо всем, что с ней сделал этот монстр — ее муж, а другое — увидеть самому, как она была напугана.

Бедняжка! Неудивительно, что она страдала от головных болей. Надо срочно разбудить ее. Вернуть в реальность от кошмарных снов. Убедить, что Дарко мертв, а она в безопасности. С ним.

— Аланна, — тихо позвал он ее, тряся за плечо.

Она открыла глаза, в которых до сих пор плескался ужас.

— Это я, — прошептал он, — Рис. Твой муж.

Помнишь?

— Рис! О, Рис! — всхлипнула она, прижимая руки к лицу. Ее плечи затряслись.

— Все хорошо, дорогая, — сказал он и, не колеблясь, откинул край покрывала и лег рядом. Ты в безопасности, — он нежно обнял ее.

Она почти сразу прижалась к нему, продолжая тихо всхлипывать.

— Рис, — произнесла она, обнимая его за талию. — Не Дарко.

— Нет, не Дарко. Я совсем не похож на него.

Успокойся, милая, — тихо говорил он, поглаживая ее по волосам.

Как долго он вот так держал ее в объятиях и успокаивал? Утешал и гладил по голове? Минут пятнадцать. Может, больше. Он не был уверен.

Так же как не был уверен в том, когда его утешение переросло в соблазнение.

Желание обладать ею накрыло его горячей волной. Он начал целовать ее губы, сначала медленно, потом все с большей страстью.

Сначала Аланна не двигалась и не отвечала ему, но потом расслабилась. Рис праздновал в душе маленькую победу. Пускай она не помнит его, но ее тело узнает его тело. Об этом ему сказали ее мягкие, податливые губы, ее язык.

Аланна тихо застонала, когда он отстранился.

Рис посмотрел на ее раскрасневшееся лицо.

— Аланна, я хочу большего, чем просто целовать тебя, — признался он, чувствуя угрызения совести. — Скажи мне сейчас, если ты не хочешь, чтобы я продолжал.

Она молча смотрела на него.

Рис подавил в себе стон, когда увидел ее набухшие соски, проступавшие через шелк пижамы. Да, ее тело хотело его. Но она сама? Находится ли она сейчас в здравом уме? Не воспользуется ли он тем, что ей просто нужен кто-то рядом, чтобы утешить?

— Скажи что-нибудь, — настаивал Рис охрипшим голосом.

Он остановится, если она попросит. Он слишком любит ее, чтобы причинить боль, не важно какую, физическую или душевную.

— Да, — наконец сказала она тихо.

— Да? Что — да? — Он застонал. — Ты хочешь, чтобы я остановился?

— Нет!

Нет. Она не хочет, чтобы он останавливался.

Еще никогда для Риса не было так значимо то, что женщина хочет его.

— О, Аланна, — прошептал он, проводя рукой по ее прекрасному лицу.

Рис чуть было не сказал, что любит ее. Чуть было. Но, к счастью, вовремя прикусил язык. Вместо этого он склонился и поцеловал ее.

Больше всего ему сейчас хотелось заставить ее почувствовать его любовь, не говоря ей об этом.

Натали была права. Мужчины все предпочитают выражать физически. Но иногда это самый лучший вариант. Многие мужчины не умеют говорить красивые слова или делать красивые поступки. Но когда занимаются любовью с женщиной, то показывают свои истинные чувства.

Он смотрел ей в глаза, когда его пальцы нашли ее сосок под пижамой. Рис был очень осторожен, готовый к любому выражению протеста или страха. Но Аланна только глубоко вздохнула.

Он медленно расстегнул пуговицы на ее пижаме, обнажая грудь. Он как будто первый раз видел ее тело. Он сейчас мог его чувствовать.

Рис продолжил ласкать грудь Аланны, внимательно наблюдая за ее реакцией. Она смотрела на него во все глаза, ее губы приоткрылись, дыхание участилось. Ободренный такой реакцией, он приник губами к ее соску, дразня его языком. Она вскрикнула и выгнула спину. Он видел, что она закрыла глаза и прикусила нижнюю губу. Ее стоны удовольствия волновали и одновременно возбуждали его. Ему уже тяжело было сдерживать себя.

  30