31  

– Ты можешь поехать со мной.

– А ты идешь?

Она слабо улыбнулась:

– Еще минуту назад я тоже не собиралась. Но нельзя же вешать нос каждый раз, когда что-то получается не так, как хочется.

Роджер колебался:

– Не знаю, Диди. Я чувствую себя таким ничтожеством рядом с Лилой. И я уверен, никто не хочет, чтобы я приходил.

– Не глупи, Роджер. – Диди неуверенно улыбнулась ему и поднялась. – Говорят, на людях и несчастье не несчастье. Давай посмотрим, насколько это верно.

Глава 14

– Забудь об этом, Джес. Я на эту вечеринку не пойду. – Элизабет сидела на кровати и что-то писала в своем дневнике.

– Ну, пойдем, Лиззи, – ныла Джессика. – Ты же знаешь, без тебя мне не так интересно. Кроме того, ты мне нужна.

– Почему ты не позовешь Тома, чтобы он тебя отвез?

Джессика не захотела признаться, что она в последнюю минуту отменила свое приглашение Тому, поскольку теперь имела виды на Билла.

– У нас с Томом все кончено, – призналась она, слегка запнувшись. В конце концов, после этого вечера так оно и произойдет. – Я думала, ты проявишь ко мне больше сочувствия после того, что я перенесла. – Чтобы усилить эффект, она шмыгнула носом.

– Я знаю, как ты разочарована, – смягчившись, сказала Элизабет. – Однако смотри на это так: нельзя отказываться от игры на сцене только потому, что одна возможность упущена. Если продолжить, то будет еще множество других.

– Тебе легко говорить. У тебя-то есть талант, – ответила Джессика безнадежным тоном.

– Но я ведь не считаю, что моя первая книга сразу станет бестселлером! Я буду рада, если ее просто опубликуют. И потом, если бы у тебя не было таланта, мистер Яворски никогда бы не доверил тебе главную роль.

– Может, он это сделал из жалости.

– Перестань, Джессика. Не смеши меня.

– Я просто не могу поверить, что ты такая эгоистка, Лиз, – взорвалась Джессика. – Как, по-твоему, я должна себя чувствовать, появившись там одна, после такого унижения? – из глаз у нее брызнули слезы.

Элизабет сочувственно вздохнула. Потом поднялась и обняла сестру за плечи. – Я понимаю. Честное слово. Но мне невыносима даже сама мысль о том, что я увижу там Тодда.

– Ну что такое какой-то увалень по сравнению с тем, что вся голливудская карьера разлетелась вдребезги?

– Я понимаю, тебе это кажется не заслуживающим внимания, но я действительно любила Тодда. Если хочешь знать, я его и сейчас все еще люблю.

– Даже после всего, что он тебе сделал?

– Может быть, это покажется странным, но, по-моему, в любви так бывает.

– Ну, даже если и так, ты же не сможешь вечно его избегать. Сколько ты еще думаешь болеть и не ходить в школу?

– Это нечестно, – запротестовала Элизабет. – Я действительно болела эту неделю.

«А может быть, – подумала она, – эта лихорадка, которую она перенесла, как-то связана с переживаниями из-за Тодда».

Она до сих пор ощущала легкую тошноту – особенно, когда думала о Тодде и Пэтси.

Как бы то ни было, она почувствовала правоту того, что сказала Джессика. Нельзя же ей вечно прятаться от Тодда, как она это делала последнюю неделю, не отвечая даже на его звонки и заставляя маму говорить, что она слишком плохо себя чувствует, чтобы подходить к телефону. А если Тодд и Пэтси влюблены друг в друга, лучше ей попытаться к этому привыкнуть, как бы ни было больно.

– Но сейчас ты уже больше не болеешь, – нетерпеливо заявила Джессика.

– Ну, хорошо. Я пойду. – Элизабет опять вздохнула.

Снова она выручает свою сестру-близняшку. Как только они появятся на вечеринке, Джессика тут же забудет о ней, в этом Элизабет была уверена. И ей одной придется иметь дело с Тоддом.

Она встала и погрозила сестре кулаком.

– Вот чего ты заслуживаешь, Джес.

Джессика изобразила ангельскую кротость.

– Ну почему, Лиз? Можно подумать, что я так часто прошу тебя об одолжении.

Элизабет охнула от возмущения. Она ужасно любила свою сестру, но случались минуты, когда она без колебаний сбросила бы ее в водоем с акулами.


Вилла Фаулеров была огромной. Когда они подъехали к входу, Элизабет невольно подумала о том, что в ней легко могли бы поместиться целых три дома такого размера, как их собственный комфортабельный коттедж.

Одетая в униформу горничная провела близнецов в огромную гостиную, застеленную ковром золотистого цвета с таким длинным ворсом, что нога погружалась в него по щиколотку. Вечеринка была уже в полном разгаре. Группа ребят танцевала. Наблюдая за парочками, которые двигались, обхватив друг друга за талию, она ощутила ревность. Они с Тоддом когда-то тоже так танцевали, забывая обо всем на свете.

  31