36  

– Не будь дураком, Джем. Ты так возбудился, что даже забыл, зачем мы здесь. Нам нужен этот человек, а не какие-то никчемные побрякушки.

– Я бы не называть этих колец «никчемный побрякушки», капитан.

– Все равно они нам не нужны, – отрезал тот, кого назвали капитаном. – Не забывай, тебе заплатят за работу, если ты отвезешь этого типа по назначению. И заплатят хорошо!

– Я тоже заплачу, – быстро вставила Шарлотта.

– Сколько?

– Не тратьте попусту денег и времени, мисс Риппон, – тихо посоветовал Александр. – Будьте осторожны. Из вашего кошелька просто исчезнут несколько сотен гиней, а я так и не обрету свободы.

– Но мы можем, по крайней мере, попробовать с ними договориться! – возразила Шарлотта, раздосадованная неестественным смирением мистера Александра. И в сердцах подумала, что иностранцы не способны стиснуть зубы и проявить решительность, как англичане. – Давайте рассуждать здраво, мистер Александр. Я уверена, что деньги для них важнее, чем ваша особа. Ответьте-ка мне, Джем: за сотню гиней вы позволите нам спокойно доехать до Танбридж-Велса?

«Джентльмен Джем» почесал в затылке.

– Ну… пожалуй, за две сотни я мог бы…

– Ни слова больше! – грозно перебил его второй разбойник. Мельком взглянув на мистера Александра, он равнодушно посмотрел на Шарлотту. – Даже не пытайтесь выкупить у нас мистера Александра. Поверьте, вам никаких денег не хватит. Выпустите его – и путь для вас открыт. Ничего плохого с вами не случится, вы только немного опоздаете к ужину. А вы, мистер Александр, должны проявить благоразумие, и не мешкая выйти из кареты. Вам же не хочется, чтобы с вашими благодетельницами случилось несчастье, правда? Будьте любезны, руки за спину.

За долгие годы службы при дворе султана Александр привык скрывать свои чувства. Он слишком часто становился свидетелем того, что бывает с любителями геройских жестов. Внешняя покорность подчас дает возможность выиграть время и разработать план побега. Правда, он не слишком надеялся выйти из этой переделки живым, но понимал, что если хочешь воспользоваться минутной слабостью противника, необходимо сохранять хладнокровие. Александр встал и, безоговорочно подчиняясь приказу «капитана», завел руки за спину. Помимо всего прочего, он как благородный человек чувствовал себя в ответе за леди Аделину и Шарлотту. А когда они благополучно уедут, можно будет подумать и о побеге…

Александр нарочито неуклюже вылез из кареты. Его противникам, конечно, известно, что он был ранен. Так пусть же они считают его слабее и беспомощнее, чем есть на самом деле!

– Иди туда, – «джентльмен Джем» прицелился в сердце Александра и кивком указал на двух кучеров, которые были связаны и лежали на земле. Их охранял третий разбойник.

Джем огляделся и озабоченно потер нос. С соображением у него явно было туго, он не умел действовать без подготовки.

– А что с этими делать, капитан? С женщины и грумы?

– Оставь их. Оба кучера ранены, лошади в мыле. Им нас не догнать.

– Как скажете, капитан, – уныло откликнулся Джем. – Может, дать молодой девушк по голова, чтобы он спокойно лежать, пока мы уносить ноги?

Но тут, в самый неподходящий момент, очнулась леди Аделина. Застонав, она слабо повела рукой и медленно подняла голову от пола кареты. «Капитан» стоял прямо перед входом, и, увидев зловещую фигуру в маске, бедная тетушка в ужасе отпрянула.

– Осторожней, тетя! – крикнула Шарлотта, но было уже поздно.

Леди Аделина беспорядочно замахала руками, безуспешно пытаясь подняться с пола, и случайно попала «джентльмену Джему» в солнечное сплетение. Джем поспешил доказать, что его прозвали Джентльменом вовсе не за благородство манер, и со всей силы дал леди Аделине сдачи. Получив удар в живот, тетушка сжалась в комок, судорожно ловя ртом воздух, а Джем выволок ее из экипажа и бесстрастно бросил на придорожную траву.

– Если хочешь блевать, блевай на трава, – грубо сказал он. – Зачем делать вонь на карета?

Александру стоило немалых усилий не потерять выдержки, но он ежесекундно помнил о пистолете, который держал у виска Шарлотты «капитан», и, внутренне клокоча от ярости, с притворным равнодушием смотрел на происходящее. Если не встревать, то, может, «капитан» не обратит внимания на злобную выходку Джема и отпустит женщин целыми и невредимыми?

Но, увы, Шарлотта не отличалась столь завидным хладнокровием. Жизнь не приучила ее сохранять спокойствие в опасных ситуациях, и, увидев леди Аделину, корчившуюся на влажной, темной траве, девушка вскипела.

  36  
×
×