68  

— Я ее не оставлю здесь.

Он пошел к выходу. Остановившись на полпути, он повернулся и оглядел их обоих:

— Спасибо. Спасибо за то, что вы меня так понимаете. Большое спасибо вам обоим.

Он ушел.

21. ЭРНИ И МАЙКЛ

Майкл догнал Эрни на асфальтовой дорожке, когда тот уже подходил к Кристине. Он положил руку на плечо Эрни. Эрни стряхнул ее и пошел дальше, вынимая ключи от машины.

— Эрни. Пожалуйста.

Эрни резко обернулся. Одно мгновение показалось, что он вот-вот ударит своего отца. Затем он расслабился и оперся левой рукой на крыло машины, точно хотел, чтобы ему передалась часть ее силы.

— Ладно, — сказал он. — Что тебе нужно?

Майкл открыл рот, но не знал, как продолжить. На его лице застыло беспомощное выражение — оно было бы смешным, если бы не было таким жалким. Как и Регина, он выглядел постаревшим на несколько лет.

— Эрни, — с трудом выдавил он. — Эрни, прости меня.

— Ах, вот оно что. — Эрни вновь повернулся и открыл дверцу водителя. Оттуда повеяло приятным запахом хорошо ухоженной машины. — Тебе проще попросить прощения, чем заступиться за меня.

— Пожалуйста, — повторил Майкл. — Для меня это было действительно трудно. Труднее, чем ты думаешь.

Что-то в его голосе заставило Эрни обернуться еще раз. В глазах его отца замерли мольба и отчаяние.

— Я не говорил, что хотел заступиться за тебя, — сказал Майкл. — Я понимаю ее так же, как и тебя. Ты толкнул ее, ты решил добиться своего любой ценой….

У Эрни вырвался хриплый смешок:

— Иными словами, так же, как и она.

— У твоей матери сейчас происходит изменение в жизни, — спокойно произнес Майкл. — Оно крайне сложно для нее.

Эрни уставился на него, подумав, что ослышался. Он не понял, каким образом слова его отца могли относиться к их разговору.

— Ч-что?

— Изменение. Она боится, она слишком много пьет, а иногда ей физически больно. Не часто, — сказал он, встретив встревоженный взгляд Эрни, — врачи говорят, что это из-за эмоционального напряжения. Ты ее единственный сын, и сейчас для нее самое главное, чтобы у тебя все было нормально — не важно, какой ценой.

— Она хочет все делать по-своему. И в этом нет ничего нового. Она всегда хотела все делать по-своему.

— Она бы ничего не сказала, если бы ты не захотел все делать по-своему, — заметил Майкл. — Почему ты думаешь, что ты другой? Или лучше нее? Ты сейчас старался подражать ей, она это видела. И я это видел.

— Она первая начала…

— Нет, начал ты, когда привез машину домой. Ты же знал, как она будет себя чувствовать. И она права в другом. Ты изменился. Это началось в тот день, когда ты пришел с Дэннисом и сказал, что купил машину. Ты думаешь, что тогда не расстроил ее?

— Но, пап…

— Мы не видим тебя, ты либо работаешь с машиной, либо уходишь с Ли.

— Ты начинаешь говорить, как она. Майкл внезапно усмехнулся — но его усмешка была грустной.

— Ты ошибаешься, как всегда. Это она говорит, как она, и ты говоришь, как она, а я пытаюсь сохранять между вами нейтралитет, как миротворческие силы ООН.

Эрни хмыкнул; его рука пощупала поверхность машины и стала ее поглаживать.

— Хорошо, — сказал он. — Я понимаю, что ты имеешь в виду. Я не понимаю, почему ты позволяешь так обращаться с собой.

Грустная усмешка на лице Майкла стала еще грустнее — он стал похожим на собаку, у которой отняли любимую игрушку.

— Вероятно, некоторые вещи со временем становятся образом жизни. И может быть, существуют другие вещи, которых ты не понимаешь, а я не могу объяснить. Я… я ведь люблю ее.

Эрни пожал плечами.

— Ну… так что?

— Мы можем проехаться? Эрни сначала удивился, потом показался польщенным.

— Конечно. Садись, куда держим путь?

— В аэропорт.

У Эрни поднялись брови.

— В аэропорт? Зачем?

— По дороге объясню.

* * *

Эрни управлял машиной уверенно и легко. Новые передние фары Кристины разрезали темноту двумя длинными яркими лучами света. Он проехал мимо дома Гилдера, свернул на Элли-стрит и вырулил на Кеннеди-драйв. Вскоре они мчались по шоссе 1-278, ведущему в аэропорт. Движение на дороге было слабым. Глухо рокотал двигатель — старые выхлопные трубы были заменены новыми. Циферблаты на приборной доске горели мифическим зеленым светом.

Эрни включил радиоприемник и поймал WDIL, средневолновую питсбургскую станцию, которая передавала в эфир только старые записи. Звучала песня «Герцог Эрл» в исполнении Джина Чандлера.

  68