48  

– А колокольня для чего такая высокая? Колоколов-то, я слышал, у вас нет.

– Колокольня – это лестница в небо, – ответил отец Иероним. – Дорога к богу то бишь. Поэтому и должна быть высокой. Я порой зорькой утренней поднимусь на звонницу, гляну на небо, так хоть и колоколов нет, а на душе все одно благодать.

– Ну, вы прямо поэт, отец Иероним, – улыбнулся Макарычев.

– Все, друг мой, от бога, – улыбнулся в ответ просветленно попик. – От бога! – повторил он и ткнул пальцем в потолок.

– Ну! – звонко хлопнул себя ладонями по бедрам Макарычев. – Пора нам, наверное, и на боковую!

– А как же чай? – со своего места у холодильника подала голос Анжелика. – Я уже и самовар вскипятила!

– Ну, чаек у нас хороший, – поддержал ее хозяин. – Не то что городской. Мы его с травками разными смешиваем, с цветочками да ягодками всякими.

– А грибков синеньких, часом, не добавляете? – полюбопытствовал ехидный Стецук.

– Ну, для желающих можем и грибков подсыпать, – легко отбрил его Антип.

– Спасибо, конечно, хозяева, – улыбнулся со всей доброжелательностью Макарычев. – Да только от чая нам придется отказаться. Завтра рано подниматься. Да и накормили вы нас так, что чай уже не в радость будет.

– Ну, что ж, – с сожалением развел коротенькими ручками Антип. – Слово гостя – закон для хозяина. Только, вы уж не обессудьте, кроватей для всех у нас не найдется. Придется спать на полу. Анжела! – сделал он знак рукой жене. – Постели гостям в соседней комнате и на терраске!

– Нет, нет, нет! – решительно воспротивился Макарычев. – Мы и без того столько хлопот вам доставили. Свалились, как снег на голову, гостями незваными. Вы уж нас лучше всех вместе где-нибудь на дворе устройте.

– Ну, нет, право же, неудобно…

– Не ставьте нас в неловкое положение, уважаемый. Рассчитаться нам с вами нечем, а чувствовать себя в долгу мы не привыкли.

– Силой гостя в доме не удержишь, – двумя сложенными вместе пальцами отец Иероним тихонько постучал Антипа по лбу, вроде как в назидание. – Устрой их у себя в сараюшке, на сене.

– Ну, да сено-то уже не первой свежести, – сказал, будто оправдываясь, Антип.

– Нам подойдет! – поспешил заверить его Макарычев.

Глава 9

Дощатый сарай, что определил Антип гостям под ночлег, был до половины заполнен сеном. Не свежим, как и предупреждал хозяин, слежавшимся, но еще не тронутым прелью и гнилью. Доски были подогнаны друг к другу не плотно, так что сквозь щели было видно, что происходит снаружи. Двускатная крыша также была сколочена из досок. Дверь одна, широкая, на шатких ременных петлях, закрывающаяся снаружи на обычную деревянную вертушку. Но выше, под самой крышей, имелось еще и большое квадратное окно, через которое забрасывали сено, когда в дверь его было уже не пропихнуть.

Антип долго не уходил, суетился, беспокоясь, что гости без него не устроятся как следует на ночлег. А потом еще дважды возвращался. Сначала, чтобы спросить, не нужно ли принести ведро воды, на случай, ежели вдруг ночью пить захочется. Не получив ясного ответа, он все же притащил ведро с водой и поставил его в углу. Второй раз он вернулся, чтобы напомнить, где находится отхожее место, хотя все уже успели его посетить.

Когда не в меру радушный хозяин наконец угомонился и в окнах дома погас свет, Герасим вытянул из-под сена слегу, толщиной в руку, и подпер ею дверь. Защита, понятное дело, так себе, но все же лучше, чем вовсе никакой. Дергачев и Ерохин живо вскарабкались на кучу слежавшегося сена и заняли позиции, позволяющие на пару вести круговую оборону. Дробинин расстелил на свободном месте серебристое теплозащитное одеяло, поставил с краю потайной фонарь, свет которого со стороны был незаметен, и стал аккуратно, будто очень сложный пасьянс, раскладывать гаджеты, которыми были набиты карманы его рюкзака. Макарычев дотянулся до переноски и выпустил кота. Оказавшись на свободе, Спиногрыз принялся недовольно рвать когтями штанину на коленке хозяина.

– Молодец, котяра, молодец, – одобрительно погладил кота Макарычев. – Ты все правильно сделал. Но, извини, пришлось на время тебя спрятать. Ты ведь не умеешь скрывать эмоции.

– В хорошенькое место мы забрались, – сообщил Дробинин, составив из дюжины приборов одному ему понятную комбинацию. – Напряженность информационного поля на максимуме.

– Мы в эпицентре, – сверившись с картой, согласился с ним Герасим.

– Значит, где-то поблизости должна торчать хотя бы одна информационная башня. Хорошая такая башня, метров под десять.

  48  
×
×